Любовь без поцелуев (СИ)

– Что, правда? – эта мысль мне как-то не понравилась. То есть, кто-то посмотрит на мой почерк и всё про меня поймёт? Как-то не катит. Интересно, а изменить почерк так, чтобы про тебя думали что-то особенное, реально?

– А фиг знает! Одни говорят – да. Другие – что это такая же херомантия, как хиромантия, – Игорь сегодня что-то прям весёлый был, в Москве все бомжи сдохли. – Я в это не очень верю, хотя, кто знает, взялось же это откуда-то… Физкультурный зал открывают, я слышал?

– Типа того.

Насчёт физрука никто ничего не рыпался. Повесился – и всё. Бывает. Вещи его жена увезла. Ленку тоже не нашли – хотя, казалось бы, не так уж сложно его с кем-то спутать, но, думаю, не особо-то и хотели искать. А может и прибили его уже где. Про «физру» много чего говорили – то, вроде, кого-то наняли нового, то, что будет «психичка» наша её вести (ага, вести, она и так уже кучу всего «ведёт»), то, что её вообще не будет.

– Что, вечером идём в зал? – Вовчик наконец-то расстался со своей работой и мы отправились на «литру».

– Мне надо аппаратуру новую проверить, – Рэй смотрел в пол.

– Ой, да что там её проверять? Работает – работает, не работает – значит, нет. Ну или в другой раз проверишь, до четырнадцатого ещё время есть.

– Да? Ну ладно, – теперь Рэй смотрел в стену. Бля, поверить не могу, что они с Вовчиком… Вовчику вообще не стрёмно? Мне иногда жутко хочется его расспросить, прямо язык чешется, но не хватало мне ещё начать эти бабские разговоры «кто-с-кем-и-как».

– Ну что, дочитал книгу? – поинтересовался Игорь, когда мы дошли до класса русского языка и литературы, всё-таки решив, что идём тренироваться и больше никуда. – И как…

Он тут же заткнулся – из класса выходили близнецы Муравьёвы. Ладно, Аня эта... А я бы смог трахнуть её брата… Блядь, да что за хуйня неостановимая мне в последнее время в голову лезет? Превращаюсь в пиздюка озабоченного.