Любовь без поцелуев (СИ)

Не мог же он быть настолько ужратым или обдолбанным, чтобы не заметить, что его любимый дядя уже висит-болтается?

– Что делать будем? – глаза у Банни были по пять рублей. Мы выкроили время перетереть, типа выйдя покурить во время урока

– Смотря как повернётся, – я особо не вдыхал дым, всё бросить пытаюсь, – что он говорить начнёт, когда проспится или чем он там на больнице занимается. В любом случае, наше слово против его.

– Думаешь, он рискнёт? – Банни щурилась, вглядываясь в бесцветное февральское небо. Её выбившиеся из-под воротника волосы казались седыми от налипшего на них инея.

–Я. Это был я. Я сам зашёл, его скрутил, я его в петлю засунул, я купил водку и подмешал в неё димедрол. Это не обсуждается.

– Но я… Я выдернула стул!

– А это уже хуй кто докажет, – я стряхивал пепел на снег. Тут, на пятачке, где обычно курят, снег был совсем грязным, местами почти чёрным. Когда начинает теплеть, эти чёрные пятна первыми подтаивают… Но до тепла хрен знает ещё сколько.

– Но…

– Не обсуждается. Но не думаю, – я впечатал окурок в стену, пытаясь расплавить фильтр, но стена была слишком холодной, – что он будет сильно пиздеть не по делу, особенно зная, что всё равно сюда вернётся. Он же знает, как тут дела делаются.

Но Леночка ничего никому не сказал. И не вернулся. На следующий день стало известно, что он почти сразу сбежал из больницы, сунув медсестре «пятихатку». Откуда у него бабки, я просёк почти сразу – учителя недавно зарплату получили, а физрук ещё домой не ездил.

Про заначку подтвердилось, когда супруга Павлюка, Павлючка, то есть, приехала за вещами благоверного. Что-то они там с Тараканом друг на друга орали. Вроде она его обвиняла в пропаже денег и ещё чего-то. Весёлая семейка.

Ну и ментярусы, конечно, приходили, а то как же.

– Пиздец, Стас, побазарить надо!

Люська. Вот же, блин, невовремя! Мне нужен был Игорь, потому что внезапно выяснилось, что со всеми этими делами я забыл про очередное задание по русскому, а там какой-то кошмар с раскрытием скобок в каких-то пословицах.

– Оставь меня, старушка, я в печали.

– Это насчёт Мрази. Фигня какая-то мутная. Говорили со мной. Менты.

Опа, а вот это новости!

– Пошли покурим.