Любимые женщины лорда Фэлтона

- Он ее не любит, - сухо высказалась Дэнби. – Еще несколько дней назад он признавался мне в чувствах, звал замуж…

- Порой даже одна минута может изменить очень многое, моя дорогая, - тихо проговорила леди Долорес. – А ты никак не можешь определиться с тем, хочешь ты этого мужчину, или нет.

Дэнби фыркнула и отвернулась, явно недовольная тем, что бабушка подняла данную тему. Она и сама понимала, что ее обида зашла слишком далеко. Что ба права и ей надо просто отпустить Тони или, пока еще не поздно, сказать, что любит.

Ревность терзала ее сердце, которое она уже было научилась усмирять.

И почему он приехал снова? Почему не оставит ее в покое? Почему приходит во снах, где между ними все так, как прежде?

- Ты изводишь себя только потому, что не в силах простить, - леди Фэлтон вздохнула и посмотрела на внучку. – Кто, как не твои близкие скажут тебе правду? О, да. Я, конечно, могла бы сказать, что Энтони мерзавец и негодяй, но я помню, как сильно он страдал, как безумно любил тебя и, полагаю, любит до сих пор.

- Он помолвлен, ба, - проговорила леди Эшли. Она надеялась, что голос не дрогнет. Ошиблась. Дрогнул, сломался. Глазам стало больно и она не выдержала, заплакала.

- Боги всемогущие, дорогая! – леди Долорес тут же оказалась рядом. Обхватив внучку за плечи, притянула к себе и Дэнби разрыдалась еще сильнее.

- Девочки в спальне, - напомнила тихо бабушка. – Не стоит их пугать слезами.

- Но я просто не могу, – прошептала молодая леди и вздохнула.

- Держи платок, - в кармане бабушки нашелся лоскут простой ткани, обшитый тесьмой. Она протянула его внучке и подождала, пока Дэнби утрет глаза и прочистит нос.

- Плакать полезно. Много дурного порой выходит вместе со слезами, - заметила леди Долорес.

- Ба, - тихо прошептала леди Эшли, - неужели я все испортила.

- Да, помолвлен, только что-то подсказывает мне, что он до сих пор любит тебя, а эта помолвка от неизбежности, - бабушка мягко улыбнулась. – Попробуй и поговори с ним.

- Как! – тут же ахнула Дэнби. – Он недавно делал мне предложение, признавался в чувствах, и я отвергла их. А теперь идти самой… Немыслимо! – Она опустила глаза. – Стыдно.

- Любить не стыдно, как и признаваться в собственных ошибках. У Тони нашлись силы сделать это.