Любимая дочь Короля Демонов

Крик застыл в моем горле от страха, я беспомощно дрожала, вспоминая слова Минервы…

— Хельга, — голос, от которого сердце начинает бешено рваться из груди, — Минерва Атертоун сделала это?

Я знала, что выгляжу сейчас просто ужасно и тихо пробормотала:

— П… Прости, папа…

За что я извиняюсь? Не знаю. Просто Король Демонов выглядел сейчас так страшно, что я не могла нормально дышать и мыслить…

Его лицо исказилось в зловещей гримасе. Он развернулся и на миг исчез в густой дымке. А потом…

— Ваше Величество!

Мой отец волок за собой по полу рыжеволосую красавицу Атертоун.

Минерву грубо швырнули на пол. Калахарр опустил ногу на её дрожащее тело и вновь заговорил со мной:

— Хельга. Это она мучила и избивала тебя?

Я знала, что в тот миг решается чья-то судьба. И медленно кивнула, не собираясь скрывать очевидное.

Лицо отца казалось каменным. Ни единой эмоции больше не отразилось на нём.

— Закрой глаза и уши.

Я послушалась его слов. Закуталась в плащ, мелко дрожа и заткнула уши, не зная, что происходит там, за пределами моего сознания…

На секунду я почувствовала странную вибрацию силы и, кажется, слабый крик… А потом Калахарр Вено поднял меня на руки.

Я открыла глаза, разглядывая жестокое лицо отца. Он нёс меня по опустевшему поместью Атертоун. Я чувствовала сильный запах крови, исходивший от его кожи.

Скорее всего… Это кровь Минервы.

Я старалась не думать о её судьбе, но аромат смерти витал в воздухе, щекотал обоняние и прилично пугал.

— Это бередит мою память… — произнёс Калахарр, едва размыкая губы."

"В тот момент он обращался не ко мне, а к кому-то в прошлом. Мужчина переступал через обломки на своём пути и, наконец, вынес меня на улицу. Там, где раньше был вход в поместье, зияла проломанная дыра.

Вейланд и остальные рыцари стояли шеренгой на улице в траурном молчании.

Я испуганно сжалась, невольно обняв за шею Короля Демонов. Он остановился и посмотрел на меня так пронзительно, что сердце вновь отчаянно трепыхнулось в груди.

— Тебе было больно? — спросил Его Величество непроницаемым голосом.

— Да, отец, — кивнула я.

— С этих пор ты не имеешь права молчать о подобном, — рыкнул Калахарр, — никто не посмеет причинить боль моей драгоценной дочери. Пусть то, что стало с поместьем Атертоун, будет назиданием для остальных.