Лисёнок

Закатываю глаза так сильно, что кажется, они сейчас выпадут:

– Ты серьезно думаешь, что я побегу за ним как собачка?

– Кто тебя знает… – он отводит взгляд, и тон становится мягче, почти виноватым. – Слушай, я учел твои слова о свободе. Есть два варианта: либо ты едешь к Александру – ему я доверяю, он обеспечит защиту. Либо остаешься тут, и я буду чаще брать тебя с собой.

Охренеть, выбор между двумя клетками. Хотя у Александра есть шанс, что смогу хотя бы выходить. А там, глядишь…

– Поеду к Александру, – выдавливаю из себя, скрестив руки на груди.

Клаус довольно кивает, будто я только что сделала правильный выбор на экзамене:

– Отлично, сейчас ему позвоню. Собирайся.

Иду в спальню и с остервенением швыряю шмотки в сумку. Футболки летят в разные стороны, джинсы комом падают на кровать. В голове полный бардак – с одной стороны хочется послать его на хрен с этой ""заботой"", с другой – может, реально получится немного ослабить поводок?

Прикидываю варианты, как обвести вокруг пальца этого Александра.

Клаус появляется в дверях, прислонившись к косяку:

– Ну что, готова?

– Почти, – бурчу, запихивая последние носки. – А с телефоном что? Я же не буду там как в бункере, без связи?

Он хмурится, морщины на лбу становятся глубже:

– Ты знаешь, что это опасно. Дам старый – только для связи со мной и Александром.

– Супер, – не сдерживаю сарказм, который буквально сочится из каждого слова. – А интернет там хоть будет в этой допотопной развалюхе?

– Нет.

– Охренительно, – с грохотом закрываю сумку. – Ещё один санаторий. Оставь свой телефон себе.

Клаус вздыхает, проводя рукой по волосам:

– Послушай, я понимаю твое недовольство. Но так правда безопаснее. Александр – надежный человек.

Молчу, переваривая ситуацию. В голове куча планов, но ни в чем нет уверенности. Остается надеяться, что эта ""смена декораций"" хоть как-то поможет выбраться.

***

Вот он – момент, который перевернёт всю мою жизнь. Ухожу из этого дома к Александру, которого едва знаю. Внутри всё сжимается от страха и неопределенности. Воздух будто стал густым и тяжёлым, давит на плечи невидимым грузом.

Поднимаюсь в комнату последний раз забрать чемодан с вещами. Руки предательски дрожат, пока закрываю чемодан. В горле стоит ком, который никак не получается проглотить.