Лиса для Алисы. Красная нить судьбы

В центре Москвы не так много зеленых уголков, а потому я особо любила Бульварное кольцо, Гоголевский же бульвар, несомненно, был самой живописной его частью. В мягком свете фонарей он играл всеми красками осени. Впечатление не портил даже моросящий дождь. Наоборот, я была отчасти рада непогоде — на бульваре почти не оказалось прохожих.

Складывалось впечатление, что удовольствие от прогулки получала лишь я одна. Ли Су Хен слушал меня вполуха, явно размышляя о чем-то своем. Кэт и вовсе история и архитектура родного города никогда не интересовали.

Заинтересованность экскурсией Ли Су Хен выразил лишь раз, когда мы остановились около странного и даже несколько жутковатого памятника. На корме лодки, будто вставшей на волне, сидел мужик, одетый в телогрейку. Позади лодки из гранитной плиты торчали головы лошадей, плывущих клином в противоположную сторону.

— Слева от нас находится Музей современного искусства, — жизнерадостно вещала я, — а расположенный прямо перед нами памятник Шолохову наглядно демонстрирует, что современное искусство дано понять не каждому. С этим памятником связана недавняя, но весьма забавная традиция. Каждую зиму окрестные ребятишки из снега лепят семейство зайцев и подсаживают к Шолохову в лодку, так что за памятником прочно закрепилось название «Дед Мазай»… — Я посмотрела на зарубежного гостя и добавила: — Детский стишок такой есть.

Ли Су Хен удостоил меня легкого кивка, мол, принял к сведению.

Я могла бы добавить, что нередко этот памятник из-за лошадиных голов, торчащих из гранитной плиты, называли «скотобойней» и «кладбищем домашних животных», но портить впечатление от прогулки заморскому гостю не хотелось. И так видно же, кореец экскурсией не особо впечатлен.

— Место для памятника выбрано символичное. По Гоголевскому бульвару раньше протекал ручей Черторый, один из берегов которого был значительно выше другого, это и сейчас заметно по ландшафту.

— Сивцев Вражек? — переспросил азиат. — Странное название.

— По оврагу когда-то бежал ручей Сивка, — тут же пояснила я.

— Вражек — значит овраг?

— Да, но так сейчас не говорят. Устаревшее слово.

— Ясно. — Губы Ли Су Хена скривились в слабом подобии улыбки, и он кивнул.