Лира Истра сердце Магистра 3

Я точно замерла на перепутье и страшилась хоть каких-то изменений.

— Род Тель-Сартарэн свободен в пространственных перемещениях. Межмировые я не практиковал, но раз для тебя это так важно, я найду способ.

И я сразу поверила, что найдет, потому что такой мужчина, как Сартарэн слов на ветер не бросает. И почему его в Элькрасе боятся? Он же такой чуткий и удивительный, а еще от одного взгляда его синих глаз у меня перехватывает дыхание.

Я повернулась.

Стоило нам очутиться лицом к лицу, как все сомнения рухнули.

— Лира, я тебя хочу. Прямо сейчас. Но если тебе нужно время…

— Мне нужно это.

И я сама поцеловала Сартарэна. Сначала робко, осторожно, дожидаясь отклика, а потом слегка коснулась языком его губ. В следующий миг Сартарэн подхватил меня под попу и понес к кровати.

Мир исчез. Вот просто взял и испарился, поглощенный серым туманом. Он разлился по комнате, скрыв стены, пол и потолок. Лишь кровать осталась островком реальности, и рядом стоял нереально прекрасный обнаженный мужчина.

— Не нужно. Позволь мне.

Он сел на край постели рядом и принялся медленно возиться с каждой пуговицей. До этого мгновения я и не представляла, что пять пуговиц на вороте это так много. Покончив с ними, он потянул меня за рукав, помогая вытащить руку, а потом прижал ее к щеке и поцеловал запястье, туда, где бешено стучал пульс.

— Не бойся. У меня это тоже будет в первый раз, — оценив мои округлившиеся глаза, Лин добавил: — Впервые у меня это будет с любимой. Ты стала моим наваждением, Искорка. Иди ко мне, моя сладкая.

Сартарэн помог мне снять тунику через голову, и я услышала его судорожный вздох. Я так и не привыкла к неудобно у белью в Элькрасе, поэтому нашла портниху, которая смогла воплотить в жизнь мою ностальгию по трусам и лифчикам без чашечки.

Реакция Сартарэна была такой жаркой и быстрой, что я и смутиться толком не успела, а уже оказалась прижатой горячим телом к кровати. От брюк меня избавили быстро и четко, кажется, я даже услышала треск разорванного пояса.

""Придется заменить…"" — моя последняя связная мысль, уступившая место чувствам.