Лира Истра сердце Магистра 3

Я тоже разделяла Беспокойство Тины. Мы сейчас к феям перенесемся, а Клариссе и Тариэлю придется остаться одним в лесу. Конечно, этот лес, растущий на светлых землях, для них почти родной. Погуляют, подышат воздухом…

— Ступайте смело, адептка Лаварди. Адепт Тариэль сможет позаботиться о вашей подруге.

* * *Верно говорят, дома и стены помогают. Очутившись на троне в окружении гарема, королева Зейна осмелела и попыталась сделать вид, что не понимает, по какому поводу мы все внезапно собрались. Дошло до того что нас пытались спровадить освежиться и переодеться, пока для нас будет организован достойный прием.

"

"— Мама, я прибыла не для того, чтобы веселиться. Я хочу знать, почему ты отнимала у меня магию, — тихо, но четко произнесла каждое слово Тина.

— Это очень серьезно обвинение, дочь моя, — зловеще произнесла королева фей.

Я встревоженно посмотрела на Тину. Если она сейчас испугается и отступит, ничего не изменится. Я даже не сомневалась, что ни один человеческий маг не сможет подтвердить, что у принцессы забирали магию, а маги долины фей не рискнут пойти против королевы.

Единственная надежда была на Сартарэна. Тонкости отношений королевы и принцессы были за гранью компетенции главы Серого дольмена, но Сартарэн нес ответвенность за Тину Лаварди, адептку академии Ревинтора.

Сейчас серый маг смотрел на королеву с безучастным видом. Раньше, когда я видела такое отсутствующее выражение лица Сартарэна, то считала его каменным. Теперь же я была уверена, что в этот самый момент он с кем-то общается.

Скорее всего, с Тариэлем. Бывший иллюзионист утратил возможность создавать фантомы, но получил новую магию, которую сумел использовать для решения привычных задач.

Итак, Сартарэн не собирался встревать в разговор Тины с матерью. Поняв это, королева хищно улыбнулась:

— За свои слова придется ответить. Смотри мне в глаза, когда я с тобой разговариваю!

14-5

Голос королевы фей дрожал под потолком тронного зала, подобно раскатам грома, но Тина продолжила рассматривать что-то у себя под ногами.

А потом вдруг улыбнулась хищно и зловеще, в тот же миг дворец задрожал, как при землетрясении, а каменный пол покрылся глубокими трещинами, из-под которых ввысь устремились ярко-зеленые сочные побеги лиан. Гибкие, сильные и хлесткие они казались воплощением магии феи природы, чей дар долгое время был заключен в блокирующую клетку. А по залу разносился тихий, шелестящий голос Тины:

— Мне не нужно ничего доказывать.