Лимонный пирог неудачницы

Выглянула с другой стороны дома, опасливо прислушиваясь.

В боку кололо.

Возле калитки никого не было, сумка лежала, как я ее бросила. Я похромала к калитке и затрясла ее двумя руками.

– Бесполезно, – язвительно заметил маньяк, наблюдая мои трепыхания. Он удобно устроился на крылечке, закинув ногу за ногу.

– Немедленно отпустите меня! Это незаконное лишение свободы! Не буду на вас работать! Я хочу уйти! – заорала я. Неужели меня никто не видит и не слышит? Вон же окрестные дома, меня прекрасно видно с верхних этажей, должен же кто-то полицию вызвать? Видосик смешной снять, как я тут прыгала?

– О? Работать? – заинтересованно поднялся маньяк.

– Не подходите! – я схватила палку и приготовилась дорого продать свою жизнь.

Маньяк ухмыльнулся и остановился. Поднял обе руки вверх, показывая пустые ладони. Как будто мужику нужны подручные средства, чтоб свернуть мне шею, как цыпленку.

– Если насчет работы, то заходи, – он повернулся и вошел в дом, оставив открытой дверь.

– Ни за что! – крикнула я вслед.

Дождь, будто только этого и ждал, убедившись в моей беспомощности, припустил во всю мочь. «Гад! Все они тут гады», – подумала я, ощущая, как холодные струйки просачиваются под воротник куртки. Трикотажный капюшон толстовки совершенно не защищал голову от влаги.

– Откройте! Выпустите меня! – отчаянно закричала, подняв лицо к небу. Никто не отозвался. Как всегда, впрочем. Нет там никого.

Посидела на основании решетки. Промокла до костей и затряслась от озноба. Завтра заболею и умру. А раз я завтра умру, то не все ли равно, доконает ли меня двухсторонняя пневмония или маньяк? Я обреченно пошла к темному прямоугольнику двери, волоча сумку за ремень прямо по мокрой земле. Волку в зубы.

Глава 6. Неприятности.

– Неужели Сасик выбрал тебя? – Женин подбоченилась и с ненавистью смерила меня взглядом."

"Я хотела застонать, но сдержалась.

– Я не напрашивалась! – не лезла с разговорами, не искала встреч, не привлекала внимания. Сдался мне этот Сасик, как дыра в мосту!

Но после обеда Женин, Айлин и Юни зажали меня в угол и решили высказать свое «фи».