Лилия между тернами

Это, — он кивнул в сторону Волка, — зам. прокурора Прифер Егор Данилович. Мы, собственно, и будем заниматься расследованием массового убийства ваших близких.

Волк не поднялся, продолжая сидеть в расслабленной позе чуть позади Горюнова, так что нам с Леоном было прекрасно видно, как он жестоко усмехается за его спиной, нагло глядя прямо на меня. Мне понадобилось все моё самообладание, чтобы выпрямиться и посмотреть в его желтые глаза.

— У нас есть разрешение суда на взятие у вас, госпожа Солес, образца ДНК для того, чтобы сравнить её с образцами, взятыми у тел в вашем особняке.

Леон взял из рук следователя бумагу и быстро прочитал.

— Все нормально, — кивнул он мне. — Мы согласны. Моей клиентке нечего скрывать.

Мы с Леоном сели напротив стола, и я какое-то время отвечала на общие вопросы, устанавливающие мою личность и основные моменты биографии.

— Честно говоря, мне случалось расследовать и другие резонансные дела, это — из ряда вон из-за самого способа убийства. Если бы ваша соседка в тот день не вернулась раньше времени из клуба, поссорившись с парнем, и не вызвала вовремя пожарных, то скорее всего это чудовищное преступление сочли бы несчастным случаем.

— Итак, где вы были 15 сентября между 10 часами вечера и часом ночи, когда предположительно и произошло массовое убийство всех находившихся в доме в тот момент.

Я посмотрела на Леона, и он ободрил меня взглядом.

— За мной в 21 час заехал господин Равьёзо, и мы уехали к нему.

— С какой целью?

— У нас было свидание.

— Во сколько вы планировали вернуться домой?

— Только следующим утром.

— Какой характер носят ваши отношения с господином Равьёзо? — голос следователя звучал бесстрасно, и он быстро печатал.

— Они близкие. Весьма.

— Вы состоите в интимной связи с ним?

— Вы уверены, что этот вопрос имеет отношение к делу? — усмехнулся Леон.

— Уверен, господин Найф.

Локи мне кивнул.

— Да, мы состоим в интимной связи.

Волк опять ухмыльнулся и потянул носом воздух. Конечно с его нюхом он наверняка точно мог узнать, были ли мы с Римманом близки и насколько. Его глаза злобно сощурились. Похоже, ему не понравилось то, что он учуял.

— Как ваш отец и близкие относились к вашей связи? — продолжил Горюнов.

— Мы не афишировали нашу связь. Так что они ничего не знали.