Ликвидация. Книга вторая

— Товарищ маршал, — подал тот дрожащий голос, — я не понимаю, чем вызваны ваши нападки на…

— А кто настрочил в Москву доклад о своем решающем вкладе в борьбу с бандитизмом?! — рявкнул Жуков. — А?! Уже и дырочку небось для ордена прокрутил?!

Кумоватов, приподнявшийся было со стула, кулем осел обратно. Жуков остановился, бережно положил на место указку, извлек из кармана платок и прошелся им по мокрому от пота лбу.

— Все! Учения начались! Противник наступает и топчет нашу землю!.. А мы — мы должны всыпать ему перцу под хвост!.

По дороге, ведущей к морю, неторопливо пылил черный обкомовский ЗИС-101. Перегородка, разделяющая водителя и пассажиров, была поднята, но первый секретарь обкома решительным жестом пресек попытку Кумоватова начать разговор в машине:

— Ты что, спешишь куда?.. Сейчас выйдем, пойдем погуляем на воздухе…

Кумоватов замолчал и, судорожно сглотнув, облизал пересохшие губы. Недалеко от обрыва водитель остановил лимузин. Кумоватов и Кириченко выбрались наружу, с наслаждением подставив разгоряченные лица свежему ветру, дующему с моря.

— Ну что там у тебя стряслось? — широко улыбаясь и не глядя на Кумоватова, поинтересовался Кириченко. — Совсем тебя Жуков за… мучил, а?

Первый секретарь горкома выдавил такую же беспечную улыбку и тоже уставился в морскую даль, будто любуясь ею.

— Именно по этому вопросу и хотел с вами посоветоваться, Алексей Илларионович…

— Ну, советуйся, — хмыкнул тот.

Они всегда так разговаривали, один на «вы», другой на «ты». Кириченко было всего тридцать восемь лет, но его партийная биография была куда богаче, чем у Кумоватова, а положение — несравненно более крепким: Алексей Илларионович был ставленником Хрущева, первого секретаря ЦК КП(б)У и председателя Совмина УССР.

— Алексей Илларионович,— продолжая улыбаться, будто речь шла о чем-то веселом и приятном, заговорил Кумоватов, — обстановка в городе складывается… невыносимая. Вы же слышали, как он… на военном совете… Обо мне, о всей партии… Без малейшего уважения.

— А шо, факты имеются? — ухмыльнулся Кириченко.

— Фактов, извиняюсь, как грязи… Вооружил офицеров. В городе творятся просто невероятные вещи… Каждый день хоронят убитых неизвестно кем людей… А потом приезжает военная контрразведка и отпускает задержанных убийц. А что он делает с квартирным вопросом?.. — Кумоватов тяжело вздохнул.