Ликвидация. Книга вторая

Навстречу с совсем юной девушкой под руку шел молодой капитан инженерно-авиационной службы с красной нашивкой на кителе. Вежливо козырнув, он обратился к Кречетову:

— Здравия желаю, товарищ майор!.. Прошу прощения, не подскажете, как нам к Дюку попасть?

— С удовольствием, — улыбнулся Кречетов. — Вон видите здание?.. Это горсовет. У него начинается Приморский бульвар…

Мимо на большой скорости, судорожно рявкнув сигналом и обдав людей светом фар, прокатил груженный битым кирпичом «Студебеккер»-самосвал.

Капитан, поблагодарив за разъяснения, повел свою юную даму по направлению к морю. Кречетов вздохнул, глядя им вслед. С недовольной гримасой перевел взгляд на свои брюки, запачканные медленно оседающей на мостовую мелкой кирпичной крошкой. Наклонился и несколькими ударами ладони сбил с правой штанины форменных брюк коричневые следы пыли.

— …Вот так! — Для пущей убедительности Славик наклонился и показал, как именно майор отряхивал брюки.

Штехель, кусая от волнения губы, взволнованно расхаживал по комнате.— Он один был?

— Один.

— Точно?!

— Я ж говорю… Правда, перед театром до него какой-то капитан с бабой пристал.

— И что?! — напрягся Штехель.

— Та ничего… Капитан спросил что-то, а он им пообъяснял и рукой показал. И они туда и пошли. Я потом их нагнал — они по бульвару гуляли, стояли у Дюка, потом в порт пошли…

— «В порт пошли»… — злобно передразнил Штехель племянника.

— Никуда…

— А за тобой никто не шел?

— Нет, — пожал плечами Славик. — Я ж оглядывался…

— Оглядывался он, — снова передразнил Штехель, раздраженно махая рукой. — Ладно, проваливай…

По бескрайним коридорам штаба Одесского военного округа тяжело печатал шаг невысокий человек в белом летнем кителе с погонами Маршала Советского Союза. При каждом шаге на кителе прыгали три Золотые Звезды Героя. Нижняя челюсть Жукова по привычке была грозно выпячена, хотя препятствий на пути командующего округом не наблюдалось — все работники штаба, заранее извещенные о его появлении, старались без лишней надобности не попадаться маршалу на глаза.

Стремительно войдя в кабинет, Жуков небрежно бросил фуражку на стол и, тяжело отфыркиваясь, упал в кресло. Чусов каменным изваянием застыл подле, преданно глядя на маршала.