Лилия для Шмеля (СИ)

История небольшая, и удачно закончилась с завершением сеанса.

Выбравшись из-под стеклянного купола, Вейре одевал костюмчик за ширмой и грустно сетовал:

— А я не знаю, как выглядят клопы!

— Только этого не хватало! — хмыкнул герцог. ¬— Но в библиотеке есть труд, посвященным насекомым.

— С картинками? — уточнила я.

— Цветными.

— Хочу! — обрадовался Вейре.

— Тогда было бы полезно посмотреть ее, — подтолкнула я Вейре к выбору досуга.

— Принесу, — герцог поднялся, поправил на сыне пиджачок и ушел за книгой.

Зря я думала, что нас с Вейре оставят одних.

Картинки мы рассматривали втроем. Герцога я старалась игнорировать, он меня тоже, зато Вейре сиял от удовольствия и то и дело дергал меня за руку. Герцог подмечал каждый его жест и ревностно поглядывал на сына.

Сидели мы за круглым столом долго, пока Вейре не стал зевать. Не знаю, какой у него распорядок дня, но я намекнула, что мне пора бы домой, и герцог поддержал меня.

— А фокусы с Жужем?! — встрепенулся Вейре.

— Мы пока с ним потренируемся.

Ты же знаешь, он характерный пес, может и капризничать. Но после мы обязательно покажем их.

Впервые я уезжала с легким сердцем.

Герцог с Вейре стояли у окна. Я помахала ребенку рукой и забралась в карету.

Глава 18

С маркизой Низли — заносчивой, высокомерной снобкой — графиня столкнулась случайно. Мы прогуливались, любуясь нарядными фасадами на главной улице Нильда, вывесками, украшенными вечнозелеными гирляндами тибриса, зелеными кустами в кадках, когда услышали противненький женский голос, не суливший ничего хорошего:

— Графиня!

Я поддерживала Ильнору под руку и ощутила, как она напряглась и попыталась избежать общения, изобразив, что не расслышала оклика, но дама с горящими, злыми глазами преградила нам дорогу и, широко скалясь, заявила:

— Какая радостная встреча!

Жужу дама тоже не понравилась, и он яростно загавкал.

От безудержного лая звенело в ушах. Обычно, в таких случаях графиня вручала его мне, а я отходила немного поодаль, чтобы дать людям спокойно побеседовать.

Однако сейчас Ильнора прижимала пса к себе и намеренно старалась, чтобы оглушающий лай исходил в лицо маркизы и ее сыночка.

Жуж с задачей справлялся, однако полунамеков бесцеремонная маркиза не понимала и пыталась перекричать охрипшего от лая пса:

— …Как рада… Недавн… заграни… вернулась… Ох, …финя… общалась… И… я… встретила… нета… — она притворно закатила глаза, намекая на некие интересные подробности, которые, по ее мнению, должны были заинтересовать графиню.