Лихой гимназист

Хотелось бы конкретнее.

— Мне повторить дважды?

— Ты сказал, что хочешь процветания школы тёмной стихии. Тебе-то на кой? Я в толк не возьму. Ты презираешь людей, презираешь этот мир…

— Ты не желаешь получить силу? Единственное, что возвысит тебя над остальными, что продлит твои дни и уравняет с поставит на одну ступень с обитателями стихийного мира? Я желаю даровать тебе это, но ты постоянно раздражаешь меня дурацкими вопросы. Если ты настолько глуп, можешь отказаться. Я уйду, и ты меня не увидишь больше никогда.

Мне вовсе не доставляет удовольствие сидеть тут и разжёвывать прописные истины. Люди из Синода заставят тебя работать на них, бить личинок, и вероятно, даже позволят дорасти до первого ранга и получить какой-нибудь важный чин. Если тебя устроит такое существование — пожалуйста. Я предлагаю больше: свободу и силу. Выбирай. Если ты намерен похоронить свой талант, не считаю нужным возиться с тобой.

— Что ещё за личинки?

Архонт промолчал, сверля меня своим острым взглядом, затянутым чёрной поволокой.

— Ты вынуждаешь меня действовать вслепую. Ты не говоришь своих планов, своих целей, а я должен тебе доверять.

— Выбирай. И не трать попусту моё время.

Я на секунду задумался. Пока от архонта было много пользы, но куда меня приведёт союз с этой могущественной тёмной сущностью в будущем?

— Думаю, пока нам с тобой по пути, — сказал я. — Я вовсе не собираюсь поступать на службу в Синод. Расскажи ещё про Анабель. Чем она занимается?"

"— Контрабандой, подпольным производством артефактов с последующим сбытом заграницу и тренировкой тайных заклинателей, которые используются в качестве наёмников в различных войнах.

Меньшая часть её дохода идёт с поместий покойного супруга и заводов. Она владеет чарами воды и камня. Приняв человеческий облик, она утратила былую силу, но тебе не стоит её недооценивать. Что ещё интересует?

Я хмыкнул. Вот, значит, как Анабель людям помогает в жизни устроиться. Вербует их в наёмники и отправляет воевать в горячие точки.

Она даже почти не соврала.

— Что она от меня хочет? — спросил я.

— Почему ты спрашиваешь у меня, чего она хочет? Разве не у неё стоит это узнавать?

— Ладно… А что за первое сошествие? Что за война? Мне никто ничего такого не рассказывал.

— И не расскажет. В гимназии тебя закону божьему учили?

— Учили.

— Книгу Еноха читали?

— Читали. Кажется, это одна из книг, которой нет в библейском каноне моего прежнего мира.