Лихо ветреное

 — Сейчас у меня времени нет. Так какое у вас дело? Извините, я правда уже опаздываю.

— Так я на машине! — Павел типичный Браун заторопился, полез в карман, вытащил ключи. — Я вас подброшу, вы не против?

Он протянул руку в сторону стоянки, одна из машин тявкнула и мигнула фарами. Светлая «десятка». Где-то она ее уже видела, эту консервную банку очень красивого опалового цвета.

— Вот на этой машине? — Зоя поджала губы и отвернулась. — Нет, я против. И здесь всего двести метров.

— А пешком с вами пройти можно? — нерешительно спросил Павел типичный Браун.

Зоя подумала — и кивнула. Этот Павел тоже оказался не очень похож на себя вчерашнего. И не потому, что был одет не в дорогой летний костюм, а в затрапезные джинсы и старомодную рубаху навыпуск и с короткими рукавами. Никакую не зеленую, у Нины, наверное, дальтонизм. Этот цвет называется хаки. Такие рубахи носят военные летом. Но одежда в общем-то почти ничего не меняла в его облике. Просто вчера он был строг, серьезен и отстранен.

— Я уже пришла. — Зоя остановилась у калитки, ведущей в заросший, запущенный, старый сад, посреди которого угадывался небольшой частный дом. — Вы так и не сказали, по какому делу меня искали.

— Я… не успел, — растерянно сказал он, с видимым усилием выныривая из своих напряженных дум. — Вот так, на бегу, как-то… неудобно.

— Павел, — спросила Зоя, с откровенным интересом пристально разглядывая его. — Павел, а вы вообще-то кто?

— Я? — Он, кажется, удивился, почему-то потрогал собственное лицо, поразглядывал свои коричневые руки и неожиданно сказал: — Вообще-то я мулат."

"— Ну, до встречи, — сказала Зоя, вошла в калитку и закрыла ее за собой, стараясь подавить истерический смешок, который так и булькал внутри, так и прорывался наружу…

Мулат! Нет, ну сколько мулатов развелось вокруг, а? И главное — почему они все натыкаются именно на нее? Станешь тут расисткой в конце концов.

Глава 5

Павел постоял перед закрытой калиткой, пожал плечами, рассеянно огляделся. Тоже хороший райончик. В пяти минутах от трассы, а какая тишина, воздух, цветы, сады… Старая слива вывалила весь свой урожай через забор — тяжелые от ягод ветки опустились чуть не до земли.