Лихо ветреное

Руки чистые, а на ногах все вены исколоты… Что ты, как врач, можешь посоветовать? Ментам его отдать или сразу в психушку определить?

— Не знаю, — подумав, признался Павел. — И там, и там не сахар. Ломать начнет — менты не вытерпят, выгонят на все четыре… В больнице хоть последят как-нибудь. Хотя как ты его в психушку определишь? Без направления, без его согласия…

— Да ну тебя… Гуманист… — Посмеиваясь и даже вроде бы напевая себе под нос, Серый быстро набрал номер и неожиданно другим тоном, холодно и равнодушно, заговорил в трубку: — Ментам сдайте.

Вооруженное нападение при отягчающих… На ноже кровь… Хоть твоя, мне без разницы. Сильно обдолбанный? Хорошо. Документов нет, денег нет, телефона нет. Вообще ничего нет, только шприц и доза. Найдите майора и Валерия Федоровича, прямо сейчас. И заявление чтобы как следует, без халтуры. Вы с ним поласковее, он соломенный. Но если сам от передоза загибаться начнет — не мешайте. Вряд ли? Ну, пусть живет… Тем более что жизнь у него будет неинтересная. Это он так скулит? Не, пусть скулит. Это даже хорошо. И предупреди майора, чтобы этого придурка никто случайно не узнал. Неизвестный и неизвестный. У меня все.

— Значит, ты имидж свой поддерживаешь? — с неловкостью и тревогой спросил Павел, минутку понаблюдав, как Серый опять вертит в пальцах мобильник, посмеиваясь и что-то напевая под нос.

Серый замолчал, помрачнел, оглянулся на Сережу с Макаровым, тихо и вроде бы даже равнодушно ответил:

— Он убил Зоиного ребенка и чуть не убил ее. Он мерзкая тварь.

Он наркоман. Он не человек. Он не имеет права жить.

— А разве мы имеем право решать, имеет ли кто-то право жить или не имеет?

— Ладно, — согласился Серый тем же равнодушным голосом. — Ты, конечно, прав… А теперь представь, что перед этим обдолбанным Эдиком оказалась бы не дверь, а Зоя. Или дети. Представь, доктор. Ну? Представил?

Павел вдруг действительно представил эту жуть, и у него даже дыхание перехватило.

Серый молча понаблюдал, кивнул и жестко добавил:

— Так вот, на самом деле бывает в тысячу… в миллион раз хуже, чем ты можешь представить.

— Извини… — Павел продышался, помотал головой и с трудом закончил: — Я бы точно не удержался… Убил бы… Извини. А у них даже дверь не железная. И подъезд нараспашку. Как же так?! Это ж срочно охрану надо делать! И Сережа открывает дверь кому попало, даже в глазок не смотрит! Ты-то о чем думаешь?! А здесь они как? Даже сигнализации нет!

— Все везде есть, — уже обычным голосом сказал Серый и даже усмехнулся.