Лихо ветреное

А вообще-то я тебе чего звоню… Я с тобой об этом Павле Брауне поговорить хотела. Как он тебе, а?

— Он мне никак, — недовольно сказала Зоя. — Что это все сегодня хотят поговорить со мной о Павле Брауне? Елена Васильевна говорит о Павле Брауне, ты говоришь о Павле Брауне, сам Павел Браун говорит о Павле Брауне… Других тем, что ли, нет?

— Есть, — согласилась Томка не без ехидства в голосе. — Но не такие интересные. А когда это Павел Браун говорил с тобой о Павле Брауне?

— Да сегодня, — неохотно ответила Зоя.

— Ну, — нетерпеливо поторопила Томка.

— Ну, я ему показала нашу, над речкой.

— Гос-с-споди, — уже совершенно раздраженно проворчала Томка. — Каждое слово как клещами… Говорили-то о чем?!

— Да так, глупости всякие. Замуж зовет.

— И вот почему у тебя самое главное — это глупости?! — заорала Томка сердито. — И вот почему ты о самом главном сразу не говоришь?

— Да, самое главное! — радостно вспомнила Зоя.

— Да уж, праздник… — Томка посопела в трубку, пощелкала языком и, наконец, деловито сказала: — Я за вами заеду. Может, и Серый часа на два освободится, тогда оба заедем. Я тебе колготки отдам. Такие нашла — просто что-то безумное. И черные, и ажурные, и пиковыми тузами.

— Сережа блестящие штаны хочет, — вспомнила Зоя. — За тысячу. Или даже дороже. Ты не знаешь, что это такое? Сейчас это модно, что ли? Над ним смеяться не будут?

— Над ним посмеешься, как же! — Томка опять хихикнула. — Живо пятак начистит… Да ты в голову не бери, это я так, к слову пришлось. Ты его правильно воспитываешь, хороший мальчик растет, не агрессивный. Да если даже и начистит кому-нибудь пятак — чего тут такого? И чего ты психологию разводишь — модно, не модно, будут смеяться, не будут… Наденет что захочет — а завтра это будет модно.

Они еще немножко поговорили о воспитании детей, о фантастических тортах и фантастических нарядах Елены Васильевны, о новой дубленочке для Аленки — очень качественная, крошечная, как раз на нее, а сделана прямо как для наследницы престола.