Лихо ветреное

Или даже две легенды. Федор — герой. Серый — убийца…

— Ты не убийца, — задумчиво сказал Павел после нескольких минут необременительного молчания в машине. — Это и ежу ясно. Почему тебя все так боятся?

— Во-первых, я все-таки убийца, — после паузы спокойно ответил Серый. — Почему убийца — это никому сейчас не интересно. Во-вторых, кто это — все? Не все. Кому есть чего бояться — тот и боится. Ну, и за компанию некоторые. Наслушались всякого… Страх заразителен.

— Это да, — согласился Павел, вспоминая, как таращился Володька.

 — Да и нравится народу друг друга пугать… Тебе это не мешает?

— Тебя, наверное, Макаров мной пугал? — догадался Серый. — Вот ведь трепло. Пока дом придумывали, он нам с Томкой в кошмарах снился. Орал, что вот это и это — через его труп. А если чего-нибудь в его проекте напортят, так он сам лично нас обоих задушит и дом сожжет. И гонорар такой заявил, что кто другой прибил бы, не торгуясь… Пугал, значит? А в связи с чем пугал? Наверное, в связи с Зоей?

— Да, — не сразу ответил Павел.

— Говорил, что у нас с ней что-то есть?

Павел промолчал.

— А ты не поверил, — заключил Серый. — Прямо сразу не поверил, хотя ничего не знал. Это плохо. Другие могут тоже не поверить. Вон, руки уже протягивают. Надо придумать что-то новое. За ней круглые сутки не уследишь, носится во все стороны одна… Ладно, Томка еще что-нибудь придумает, она это умеет.

— Так это она, что ли, придумала? — удивился Павел.

— Почему она? — тоже удивился Серый. — Просто слухи пошли, а она сказала: это очень хорошо, не будут к девке лезть… Правда не лезут.

Иногда только, кто не знает… Ну, это ему быстро объясняют. Да вот еще Эдик этот опять объявился. Вот это странно. Томка права — с чего бы он такой смелый стал? Надо разобраться.

— Как? — осторожно спросил Павел.

Серый коротко глянул на него, усмехнулся, сказал угрожающим тоном волка из мультфильма «Ну, погоди»:

— Там видно будет! Я свой имидж поддерживаю, меня действительно многие боятся. Те четверо, которые на инвалидность… Которые потом тоже трупы… Так вот, это не я.

Кто-то под трамвай попал, кто-то от передоза, одного дружки пришили, один с перепою с моста сиганул… И все — как раз тогда, когда я только-только вернулся. Конечно, сразу разговоры начались. Меня даже в милицию тягали, но там все ясно было, так что тягали так, для проформы. Но все равно полезно получилось. А когда своих собрал и школу открыл — совсем порядок.

— А свои у тебя кто?

— Кто из части, кто из команды.