Лихо ветреное

Но как раз тогда же и спортом занялся посерьезнее… Действительно, помогло.

Пойти, что ли, спортом заняться? Тут у них замечательные тренажеры есть, он вчера видел. А уж после тренажеров — на балкон, проверять впечатление. Когда Зоя вчера работу закончила? В три. Время еще есть, прорва времени, за пару часов он сумеет так умотаться, что второй взгляд будет абсолютно трезвым.

Павел уже собрался выходить из машины, когда увидел Зою. Она появилась из дверей клуба, глянула на часы и направилась в его сторону.

Нынче Зоя была не топ-моделью, а обыкновенной девчонкой в невыразительной какой-то одежке — серенькое платье мешком, серенькие тряпочные тапочки на шнуровке, вместо сумки — серенький тряпочный мешок с веревочными ручками… Но Павел ее сразу узнал. Теперь, наверное, он ее в любом виде узнал бы — хоть в парандже, хоть в медвежьей шкуре, хоть в глубоководном скафандре. Пластика у нее была очень узнаваемая. Всегда. Как бы она ни двигалась, как бы ни бегала, прыгала, плясала, кривлялась, ходила, виляя бедрами и раздраженно дергая длинным тигриным хвостом, — в любом случае это была только ее пластика, больше никто не мог так бегать, прыгать, кривляться и дергать хвостом. Иногда это и с голосом бывает. Слышишь голос — и аж сердце щемит, хотя вроде бы человек и не говорит ничего такого. Обертона, что ли, какие-то особенные? Такому голосу веришь раз и навсегда, человек с таким голосом становится для тебя на всю жизнь гуру. Хорошо, если это тетя Лида. А если проповедник какой-нибудь безумной секты?

Сейчас Зоя шла неторопливо, но в то же время как-то деловито и целеустремленно.

Прямо к нему. Или не к нему? Павел опять покрутил головой — нет, керосинки Серого в обозримом пространстве не было. И он уже хотел выйти из машины, но тут откуда-то сбоку Зое наперерез выскочил смешной тип в ярких клетчатых шортах, просторной желтой футболке и зеленых босоножках на белые носки. Светло-желтые волосы были подстрижены, как у какой-то французской певицы семидесятых годов — длинное каре с челкой ниже бровей. А на шее — детская фенька, что-то вроде обломка кирпича на веревочке. Павел сначала даже подумал, что это девочка, — ну, нескладная немного, ну, костлявая… Что ж, бывает. Наверное, тоже у Зои позаниматься хочет. Если нормальной фигуры не досталось — так хоть двигаться научится."

"Смешной тип окликнул Зою, и Павел понял, что это никакая не девочка, это типичный мальчик, причем — не сказать, что слишком юный.