Личная кошка Повелителя.

— От гостей эмира, но повелитель добр и не лишил их заботы. Он недавно стал правителем, так что гарем только пополняется, большинство жен досталось ему от отца. Наш эмир был добр к ним и оставил во дворце работать, — как бы между прочим сказал мужчина.

— Понятно, — буркнула я, обескураженная такой информацией.

Селиф направился к одной из лестниц.

— Пойдемте, я покажу вам покои девушек. Уверен, такой роскоши вы не видели. Повелитель не жалеет средств на своих жен.

Промолчав, последовала за ним, но понимала, что интерес уже пропал, на меня давила вся эта обстановка, да и информация не радовала.

Я ожидала совсем другого, думала, меня проведут по дворцу, покажут всю роскошь, расскажут историю и отпустят. А тут все по-другому. Отдельная территория для женщин, на мужскую нельзя, да и роскошь особо не впечатляла. Да еще и куча жен, доставшихся по наследству. Что за бред тут творится!

— Вы хотите встретиться с повелителем? — неожиданно спросил меня Селиф.

Я задумалась. А правда, хочу ли я встречи? Нужно ли мне это знакомство или лучше убраться отсюда подальше, как подсказывала моя интуиция.

— Даже не знаю, — честно ответила я, — все, что я хотела, уже увидела, а на повелителя потом посмотрю, как-нибудь.

Мужчина хмыкнул себе под нос.

— Любая желает попасть сюда и увидеть повелителя, — заявил он гордо, — это высокая честь — попасть в гарем.

— Возможно, но мне это не нужно. Я предпочитаю быть свободной.

Селиф покосился на меня неодобрительно, но ничего не сказал. Мы уже поднялись на первый этаж — и, подойдя к одной двери, он толкнул ее рукой. Зайдя в комнату, я замерла."

"Тут было невероятно красиво. Стены, отделанные зеленым шелком, с вышитыми золотой нитью цветами, пол покрывал белоснежный ковер с высоким мягким ворсом. Окна занавешены белым тюлем, а более плотные оливковые шторы подвязаны золотыми шнурами. Возле левой стены стояла массивная кровать с резными брусьями и каркасом, накрытая шелковым балдахином такого же цвета, как и стены, возле нее с двух сторон — тумбочки с резными дверцами.

Возле окна — круглый стол и два стула, скатерть и обивка которых были темно-изумрудные. Справа — большой шкаф, практически во всю стену, оставлял место только для двери, ведущей в купель. Потолок высокий, расписанный экзотическими птицами и цветами.

— Красиво, — выдохнула я с восторгом.