Личная кошка Повелителя.

Тело, просто вылепленное из мускулов, тугие хорошо прокаченные руки, готовые к бою в любую минуту, косая сажень в плечах, широкая грудная клетка с четким силуэтом мышц плавно уходила к дорожке пресса на животе, который был идеален. Дальше рассмотреть мешали кожаные штаны, о чем я очень пожалела.

7 глава Побег"

"Хотелось увидеть его целиком, чтобы насладиться этим шедевром природы. Вернулась к лицу, впиваясь взглядом в его черты, слева увидела странный орнамент из рун, который расположился между глазом и скулой и придавал жесткость образу мужчины.

— Насмотрелась? — спросил он иронично, — теперь, может, ответишь, кто ты?

Я смутилась еще больше от его голоса, что задевал во мне все невидимые струны, заставляя трепетать.

Прокашлявшись и переведя дыхание взволнованно проговорила:

— Я Элини.

Мужчина опять хмыкнул, продолжая улыбаться.

— Элини… — повторил он, как будто пробуя на вкус мое имя. В животе опять что-то шевельнулось, слегка щекоча изнутри. По телу побежали мурашки, заставляя меня нервно ерзать на месте.

— А я Редмос, можно просто Ред, — представился он.

«Ред», — повторила про себя его имя. Ему идет: такое же жесткое и мужественное, как и сам хозяин.

— Рада зна-ко-мству, — заикаясь, проговорила я, стараясь не смотреть на него.

— Что ты делаешь тут, в моей пещере? — вновь спросил он, не обратив внимание на мою последнюю фразу.

Я нерешительно подняла на него удивлённые глаза.

— Твоя пещера? — переспросила я. — Но на ней не написано, что она твоя.

Его улыбка стала шире, в глазах зажегся хитрый огонек.

— Так я и не афиширую, что она моя, просто я нашел ее первым и присвоил, — ухмыляясь, ответил он. — Теперь по праву первенства она моя.

— Ладно, — не стала спорить я, — пусть так, но ведь ей может пользоваться любой, кто найдет.

— Может, если меня не будет тут, а иначе… — и он сделал жест рукой, проведя по шее, намекая недвусмысленно, что случиться с тем, кто посмеет тут остановиться. Я сглотнула ком в горле, испуганно глядя на Редмоса. Заметив мою реакцию, мужчина рассмеялся, заставляя мое тело трепетать еще больше от столь бархатного голоса.

— Ладно, забудь, я пошутил, — наконец, сказал он, отсмеявшись. — Ты — лирлок? — вдруг прямо спросил.