Личная кошка Повелителя.

Хотел уже встать и уйти, но Селиф остановил, сказав, что приготовил мне особенный подарок.

На нее я обратил внимание сразу, как только Селиф вывел девушку из ниши моих жен. Она была так хороша, хотя нет, безумно красива! Стройная, высокая, шикарно сложена. Личиком совершенна, как богиня. Правда, глаз я не видел, она смотрела в пол. Обратил внимание на ее ушки, что торчали из-под черных волос. Это меня обескуражило. Неужели это та, о ком я думаю? Откуда она здесь?

Селиф представил мне девушку. Да, это лирлок, самый настоящий, я не ошибся! И имя такое красивое — Элини… посмаковал про себя.

После слов Селифа кошка встрепенулась и уставилась на него негодующе. Меня это позабавило. Смешная в своем гневе и прекрасна в нем.

2 глава Повелитель

Они спорили и ругались. Девушка возмущалась, требуя свободы. Кажется, она и правда не знала, что была продана в гарем. Когда заметил, что перепалка готова перерасти в драку, решил вмешаться.

— У вас есть разрешение? — спросил девушку. Она перевела на меня взгляд, и я утонул в ее сапфировых глазах.

Даже забыл, как дышать, на время, внимательно вглядываясь в них.

— Нет, — пролепетала она испуганно.

Что ж, закон гласит, что каждый, кто пришел к нам без разрешения, является трофеем. Это я ей и озвучил. Теперь ее гнев переключился на меня. Элини зашипела, требуя отпустить ее. Забавная и, как мне показалось, страстная. Определенно, мне нравился этот подарок. Давно меня никто так не будоражил. Она была похожа на дикую пантеру, которую поймали. В порыве своей ярости кошка позволила себе повысить на меня голос.

Этот факт не остался незамеченным моими стражами, которые тут же ее скрутили, ставя передо мной на колени. Я сделал недовольное выражение лица, хотя внутри смеялся её пылкости.

«Что же, я готов приручить тебя, кошечка», — хмыкнул про себя. А вслух приказал увести ее и закрыть в комнате. Потом я разберусь с ней и подумаю, что делать дальше.

Когда мне сообщили о её нападении на Манну, решил, что такую строптивицу нужно приструнить, иначе она всех покалечит в гневе.

Пришлось надеть на нее ошейник, чтобы угомонить ее пыл и нрав. Так она будет сговорчивей.

Из воспоминаний меня вывел стук в дверь. Я напрягся и, повернув голову, крикнул:

— Заходи.

Селиф вошел и поклонился.

— Ну, что, узнали что-нибудь? — спросил я с надеждой.

— Немного, повелитель, — ответил он, замявшись.

— Говори же, ну, — потребовал раздраженно от паши.

— Кое-кто видел, как трое мужчин в черном выносили девушку из дворца.