Лестница в Эдем

"

"Матвей повернулся, как бы затем, чтобы убежать, но на деле, чтобы рука смогла незамеченной скользнуть под куртку, туда, где в подкладку вшиты были несколько узких карманов. Едва пальцы коснулись легких, без накладок рукоятей, он рывком распрямился и почти без интервала метнул четыре ножа. Ножи эти были постоянными его спутниками. Выкованные в Эдеме, они не отражались темной магией и вполне могли доставить хлопоты тартарианцам.

В момент, когда последний из ножей оторвался от ладони Багрова, расстояние между ним и изящным, как эльф, красавчиком было не более трех метров.

Все ножи были брошены технически правильно, без чрезмерной силы, плавно, быстро и неожиданно. Промахнуться Багров не мог, однако лишь один из четырех ножей попал в цель, вонзившись в предплечье тому из троих, у которого стесана была скула и отрублено ухо. Как Багров и предполагал, он оказался самым медлительным. Остальные двое успели среагировать. Что касается красавчика, то он, продолжая приближаться, отразил нож лезвием меча с такой царственной небрежностью, словно Багров запустил в него гнилой палкой.

Прежде чем Матвей осознал, что безоружен, щеголеватый молодой страж, подбежав, без размаха ударил его гардой меча вначале в живот, а затем в подбородок. Оба удара, разные по уровням, нанесены были почти мгновенно. Матвей потерял сознание даже быстрее, чем испытал боль. Колени подогнулись. Тело его, качнувшись, мягко упало на песок. Количество в очередной раз восторжествовало над качеством и, попинав его ногами, удалялось, лихо сплюнув в сторону.

Красавчик краем меча небрежно повернул лицо Багрова к себе.

– Я передумал убивать тебя быстро. Ты ведь хотел этого, не так ли? Не люблю, когда меня считают идиотом! В Тартаре я покажу тебе, почему туда не стоит рваться. А на свет особенно не надейся: к тем, кто баловался некромагией, у него своего отношение, – пообещал красавчик бесчувственному телу и, повернувшись к одному из своих спутников, властно дернул подбородком.

Страж с педангом неохотно наклонился и, перебросив Багрова через плечо, без усилия выпрямился.

Молодой страж, не оглядываясь, уже быстро шагал по площадке, в рассеянности переводя взгляд с турника на горку и обратно. Казалось, он ищет чего-то, но что, не знает и сам, и это порядком его раздражает.

Безухий тартарианец наконец вырвал из предплечья нож и с рычанием отшвырнул его в сторону. Из раны короткими толчками била кровь.

– Закрой рану, Флаат! Кровь хлещет из тебя, как из свиньи! – с досадой приказал ему щеголеватый.