Летчик. Фронтовая «Ведьма» (СИ)

Не каждый день настоящий полковник обнимает, — выдал я это, в стиле «блонди», девочка такая проказница."

"Вы слышали когда-нибудь, как стучат челюсти падая на землю? Мне показалось, что я услышал. Народ стоял, раскрыв рты. А потом кто-то хихикнул, а может даже хрюкнул и выдал «Вот как есть Ведьма». Немцев заперли на гауптвахте. Радировали в дивизию. А меня потащили в столовую. Где батя потребовал рассказать о моих похождениях. А моя подруга Лида плакала то ли от радости, то ли от горя. Я узнал, что в прошедшем бою наши потеряли двенадцать человек.

Среди них погибли мои однокашники из лётной школы Татьяна Сомова, Галина Титова и Андрей Левин. Радость моя утихла, жалко ребят. Погибли и опытные лётчики, но их я знал плохо. Налили водки, выпили. Меня отправили спать, а комполка сказал, что завтра будем допрашивать немцев. Эсэсовец Роске к утру скончался. Утром меня вызвали в штаб. Генерал-майор Фриц фон Шутман говорить отказался, сказавшись больным. Хорошо я его приложил, до сотрясения мозга. А вот пилот Ганс Шранк говорил охотно. Гладышев только успевал отмечать на карте аэродромы и укрепления. По всей вероятности, Шранк много летал по разным аэродромам. Ещё меня допросил наш особист, я ему рассказал, как всё было. Написали протокол и меня отправили снова в штаб. Я даже устал переводить за немцем. Вскоре приехали две машины из дивизии и взвод охраны НКВД, немцев у нас забрали. Гладышев, когда проводили пленных с охраной, заявил.

— Сверли, Женя, дырочку на кителе под орден.

Самолёта у меня не было, потому я грустил.

«Шторх» Гладышев решил оставить в полку. Его немного перекрасили, нарисовав вместо крестов звёзды, а камуфляж закрасили простой зелёной краской. Два пистолета я подарил. «Браунинг НР» отдал Ивану Васильевичу, а «люгер» пошёл как ответный подарок начальнику ТЭЧ, капитану Дубову. Отдарился, так сказать, гитару он мне отдал действительно хорошую. Себе оставил оба браунинга. Пусть будут. Карманный я точно таскать буду. В обед меня заполонили девочки, я рассказывал, как провёл воздушный бой. Как минимум то, что запомнил. Жизнь в полку пошла своим чередом. Так как у меня не было пока своего самолёта, я проводил занятия с новичками в «учебном классе» по теории манёвров воздушного боя. Летал на У-2 или на «Шторхе». Из Свердловской школы прибыли неплохие ребята, учебный самолёт не калечили. Взлёт, посадка и коробочка делали удовлетворительно. Остальному научатся. По вечерам играл песни на гитаре, развлекал однополчан, выучил песни этого времени.