Лесной глуши неведомые тропы

Тура он одолел, хоть и наподдал ему зверюга поначалу так, что вспорол штаны вместе с задом. Но уговор есть уговор: выпустили хвастуна, а напоследок подпортили ему шкуру парочкой плетей.

— За что? — возмутилась я, слишком живо воображая те давно минувшие события.

— За то, что возомнил себя парой, достойной дочери лорда. Еще и ославил девицу на все королевство, а ведь ее самому принцу в жены прочили.

— Отчего это лорд наших земель так угоден королевской семье? — со странным для меня самой недовольством поинтересовалась я.

— Это правда, любит старого Хенрика Его Величество. В одном из давних славных боев Хенрик ему жизнь спас ценою потери руки, а за то король пообещал спасителю скрепить их семьи священными узами брака. Магдалена, как старшая, была обещана принцу Арвиду, однако после такого позора ее наспех выдали замуж в Дальний Удел, подальше от людской молвы. Тогда король и предложил вместо сына свою дочь, принцессу Ингрид, в жены Милдреду. Да и тут не свезло… Впрочем, остальное ты знаешь.

"Я задумалась почему-то не над горькой судьбинушкой детей лорда Хенрика и королевичей, а над тем, каково было Энги после того случая возвращаться с позором в деревню. Небось то, что он голыми руками дикого быка одолел, ему скоро забыли, а порванные на заду штаны наверняка стали местной легендой и предметом злобных насмешек от односельчан.

— После этого его и прозвали Туром? — догадалась я.

— А то, — широко усмехнулась Мира, чьи слезы уже давным-давно высохли на ресницах.

Теперь уж и я поняла, почему он так злился, когда я назвала его этим прозвищем — оно невольно напоминало ему и об утраченной любимой, и о пережитом позоре.

— Сама понимаешь, после того случая, да еще после того, как ославил себя дезертирством, за него ни одна порядочная девица не пойдет, — гордо вскинула подбородок подруга. — Так что пусть не шибко-то важничает передо мной.

— Он не дезертировал, — не смогла смолчать я. — Это были досужие наветы.

Мира пожала плечами, будто для нее не имело значения доброе имя любовника.

— Его счастье. Но ты уж с ним поговори обо мне, будь добра.

— Поговорю, — устало кивнула я и поднялась — пора было заниматься своими делами.

Глава 7. Веление сердца

Не успела я спуститься по лестнице, как у входа в харчевню перехватил меня за руку Ирах.

— Илва, — его лицо казалось встревоженным, — нужна твоя помощь, девочка.