Лесной глуши неведомые тропы

— Энги, — снова пристала я к нему, — а что ты им скажешь, когда они спросят обо мне?

Он долго в задумчивости глядел перед собой, а потом повернулся ко мне:

— А что ты хочешь, чтобы я сказал?

— Я думаю, если ты признаешься, что жил с их дочерью в одном доме, они не порадуются. Не накажут ли тебя вместо награды?

Он раздраженно пожал плечами и слишком сильно натянул поводья: лошадь под ним недовольно фыркнула.

— Не знаю. Мне все равно.

— Если тебе все равно, зачем ты везешь меня туда? — сделала я еще одну попытку уцепиться за привычное прошлое.

— Потому что должен. Ты принцесса, и твое место во дворце. А я — холоп, ублюдок, безотцовщина. Мое место там, где мне укажут.

— Не говори так.

— Тогда не говори со мной вообще, — отрезал он и снова замолчал до самого вечера.

К ночи он устроил такое же ложе из веток, как вчера, только намеренно повернулся ко мне спиной. Мне было обидно: ведь это не я его решила бросить, а он меня! Но тратить одну из последних ночей вместе на ссоры я не хотела, поэтому просто обняла его со спины, уткнулась лицом между лопаток и заснула.

Этой ночью нас разбудил волчий вой и громкое ржание лошадей. Энги вскочил, спросонья схватившись за меч:

— Илва! Лезь на дерево!

— Что? — я села на ложе, протирая сонные глаза. — Что случилось?

— Волки повсюду! Лезь на дерево, я подсажу!

— Постой, — я поднялась и придержала его руку, напряженную, как камень, — это мои братья.

— Какие братья, Илва, ты о чем?

— Замолчи-ка и не мешай, — сказала я ему, а потом обратилась к волкам, в которых действительно узнала свою стаю:

— Почему вы вернулись?

Мы шли за тобой, двуногая сестра.

Стреноженные лошади бесновались у дерева, мешая слышать голоса в злобном рычании.

— Не отдам. Вы не смеете его трогать. Уходите.

Он убил нашего. Мы не забыли. Теперь он в нашем лесу, не в жилище людей — мы отплатим."

"— Вы не смеете! — зашипела я, схватив ощерившегося вожака за загривок.

Энги дернулся, пытаясь меня оттащить, но я лишь прикрикнула на него, не оборачиваясь.

— Я запрещаю вам убивать его! Он — как я, слышишь? Со мной, или без меня, вы не смеете его трогать!

Волк зарычал, страшно недовольный моим приказом, и вывернул шею из моей руки.

Тогда мы заберем лошадей.

— Нет! — воскликнула я, хотя и с некоторым облегчением: похоже, об убийстве Энги больше речь не шла. — Это наши лошади.

Вожак отпрыгнул и некоторое время кружил вокруг нас вместе со стаей. В конце концов волк бросил мне напоследок:

Одну лошадь. Большую.