Лесная невеста. Проклятие Дивины

Где-то за деревьями пропел рог, и сразу по всей длине опушки, полумесяцем огибавшей луговину, показались люди. Отступавшие ополченцы тоже прекратили бегство и повернулись к преследователям лицом. Ёты едва успели опомниться, как оказались зажаты почти в кольцо противником, превосходящим их численно раза в два. Не понимая, откуда все это взялось, люди Флоси заметались. Рауд Козья Шкура громкими криками призывал их к битве, но выстроить «стену щитов» они не успели – варяги особенно настаивали, чтобы Зимобор нападал быстро и не дал противнику такой возможности.

В несколько минут ёты были смяты и обращены в бегство, а смоляне преследовали их и были уже в самом их стане возле детинца.

Возле шатра Флоси, одетого для битвы, трубил рог, призывая на помощь дружины с причалов. Избрана заметила, что вид у него был несколько растерянный: хороший хозяин, он не привык сражаться, а здесь все сразу пошло не так, как положено. Битва и началась, и продолжалась непонятно как: часть его людей уже пропала в серой рассветной мгле, а тут еще пошел слух, что славянские чародеи превратили лесные деревья в воинов! Так или иначе, но уже на площадке их собственного стана шла битва, костры и шатры были растоптаны, несколько вождей были разбиты поодиночке, оставшиеся пытались собрать и выстроить своих людей, но в полной неразберихе ничего не удавалось сделать.

Наконец Флоси поставил несколько дружин стенами. Кольбьёрн и Финн с Лесного острова, Свейн Чародей и Торстейн Стрелок, ночевавшие поблизости, и теперь остались со своими людьми рядом с конунгом.

Но едва он послал их вперед, как Избрана махнула рукой Хродгару и Хедину, ждавшим знака во дворе. Ворота раскрылись, и две с половиной сотни ее собственной дружины, самое последнее и самое лучшее из того, чем она располагала, вышли из детинца прямо к шатру самого Флоси.

– Где ты, рабский выродок! – на бегу кричал Хродгар. – Иди сюда, мерзавец! Ты явился за мной, так вот он я! Готов удушить тебя в братских объятиях! Не вздумай от меня бежать!

Полки Зимобора накатывались с востока, оттягивая на себя большую часть ётов, и перед Хродгаром и Хедином оказалась только дружина самого Флоси, на что они и рассчитывали.

Избрана смотрела со стены на яростную схватку, и по ее невозмутимому виду никто бы не догадался, какая буря разыгралась у нее на душе. Теперь она ничего не могла больше сделать, теперь ее и свою судьбу решали только сила и доблесть воинов, только крепость их оружия.