Лесная невеста. Проклятие Дивины

– Вот что, отец! – Избрана наконец взяла себя в руки, и решение ясно встало перед ней. – Нельзя нам за стенами прятаться. На краю города надо их встречать, на пустыре за ручьем. У нас сколько есть людей, там все встанут, а если у них больше – им же хуже, тесно будет. Если погибнем, значит, судьба, а поля надо прикрыть. Без хлеба – та же смерть, только медленная.

Кмети одобрительно кивали. Все понимали, что прятаться бессмысленно, – если поля погибнут, то стены детинца спасут плесковцев совсем ненадолго.

Вернулся Ждибор.

– Столкнулись мы с их дозорными! – рассказывал он прямо посреди двора, где его встретила Избрана. Парень был чуть жив от усталости, без щита, правый рукав намок от крови. Ему принесли воды, и он жадно пил, проливая на грудь, пытаясь одновременно продолжать рассказывать. – Видели мы это войско. Все правда, войско большое, две тысячи копий, может, чуть меньше. Они до Заева лога дошли, там пристали, на берег высадились.

– Да кто же они?

– Вот. – Ждибор вынул из-за пазухи поясную пряжку с обрывком ремня. На ремне сохранились две маленькие серебряные бляшки.

Избрана взяла пряжку, и у нее упало сердце. Это была вполне обычная бронзовая пряжка, она видела такие десятками. Если не сотнями. Точно такие же делали мастера, жившие на смолянском княжьем дворе.

– А! – раздался у нее над ухом голос Хедина. Она и не заметила, как он подошел. – Чего-то такого я и ожидал! Пришел твой драгоценный брат!

– Ты ожидал? – Избрана подняла на него глаза.

– Конечно! Ты сбежала, оставив Смолянск ему. Он устроился там и подумал, что должен уничтожить тебя окончательно, иначе ему не будет покоя.

– Уничтожить?

– Чему ты удивляешься? Как будто все это началось только вчера! Он думает, что ты хотела его убить.

– Я не хотела!

– Не знаю, чего ты хотела, но какое-то время все выглядело так, будто ты хочешь его смерти. Год назад, перед тем как тебя признали княгиней. Когда он ушел, он наверняка думал, что спасает свою жизнь. Теперь он в силе и намерен покончить с соперниками раз и навсегда. Ну, я не утверждаю, что он собирается действительно тебя убить. Уважение к своему роду в нем всегда было сильно.