Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

Он что, теперь должен пропасть, да? Потому что он бесправный и документов у него нету?!

– Человек сейчас получит обед и не пропадет, – отчеканила Марина Тимофеевна. – К столу, Настя. И зови человека!

– Я здесь.

Герман наблюдал за Липницким, а Липницкий наблюдал за происходящим, очень внимательно.

…Как-то все… странно. Неправдоподобно. Не годится для сценария!

– Солянка и пироги с капустой, – Марина Тимофеевна водрузила подле своего места громадную серебряную супницу. – Мальчик, давай свою тарелку.

Воинственная Тонечкина дочь немного помедлила возле стола, словно принимая какое-то решение, а потом плюхнулась на стул рядом с зареванной подружкой. Марина Тимофеевна мельком взглянула на них, и лицо у нее тоже повеселело, как у Липницкого насколько минут назад. Герман все замечал."

"От огненной солянки шел такой дух, что девицы синхронно проглотили голодную слюну и взялись за ложки. Даня вовсю хлебал и время от времени словно похрюкивал от наслаждения.

– Налейте тогда и мне тоже, – попросил его отец, развеселившись окончательно.

– Вкусно, ужас, а я есть хочу с самого утра.

– Все равно не хрюкай, неприлично.

Даня кивнул, откусил половину пирога и опять хрюкнул.

Некоторое время все ели. Просто ели, не в силах оторваться.

Как только Даня доел, Марина Тимофеевна налила ему еще тарелку, даже спрашивать ничего не стала.

– А пироги остались?..

– Сколько угодно! Тонечка, подай пироги. Вон, в кастрюльке.

– Так не бывает, – сказал Липницкий, не отрываясь от солянки. – Люди так не готовят. Или вы мишленовский шеф?

– Я искусствовед.

– Плохи наши дела, – заключил Липницкий. – Будем с Данькой приезжать столоваться.

И Марина Тимофеевна засмеялась, польщенная. Настя даже есть перестала и уставилась на бабку в изумлении. Надо же, прям хохочет!..

Вот так всегда бывает, всегда!.. Когда жратва вкусная и ее много, от пуза, люди тупеют на глазах! Даже Даня и тот!.

– У Джессики украли документы, – жестким голосом начала она. – Все. Прямо на «Мосфильме»!

– Позволь, у кого украли? – переспросила бабка. Оглохла она, что ли?!

– У Джессики, – и внучка подбородком показала на вторую девчушку. – Ее зовут Джессика Костикова.

Даня хрюкнул громче прежнего.

– Зовите меня Джесс, – пропищала девчушка. – Так короче.

Тут хрюкнул лощеный папаша.

– Нет, а что такое?!

– Короче говоря, все украли, – вступил Даня.