Лес удовольствий на троих (СИ)

Теперь Гурд пил напиток странника по пути к бескрайним небесным просторам, густонаселённым дичью, а я мучался похмельем хрен пойми где. Помню, как все подняли последний кубок за старейшего из охотников, а потом я выбежал, чтобы никто не увидел моих слёз. Ведь за это можно легко стать изгоем, особенно в клане Волков. Брёл сквозь бурелом и чащу, сбивая ноги и напарываясь на острые сучья, пока не пришёл к горному ручью, рядом с которым и уснул, успокоенный тем, что есть запас влаги на утро.

Теперь жадно припал потрескавшимися губами к прохладным струям источника, возвращавшим меня к жизни. Не задумываясь, сбросил одежду и аккуратно сложил оружие на траве, оставив лишь шейный нож, с которым не расставался никогда. Разгорячённое солнцем тело свело от ледяного объятия воды, но я был готов к этому, как и к любой схватке. Противник явно переоценил свои силы: мне ни раз приходилось проваливаться под тонкий лёд вместе с санями с добычей. Этот горный ручеёк был лишь бледным подобием тех бурных и хищных потоков, выпивающих тепло до дна.

Инстинкт подсказал, что я здесь больше не один: дробные аккуратные шаги, учащённое прерывистое дыхание — кто-то явно не умел ходить по лесу. Притаившись за валуном, наблюдал. Теперь холод воды стал окончательно безразличен, ведь охотник умеет становиться неподвижным и невидимым, даже тень, следуя приказу, прячется в густой траве.

На вершине холма показалась одна из женщин народа Первых.

Это явление поразило меня до глубины души и до основания полового органа: идеально сложенная блондинка с шикарными формами. Раньше я слышал о них лишь в легендах. Только было в её образе и поведении что-то странное, нелогичное и выбивающееся. Первые — дети природы, часть того места, в котором живут, эта же девчонка была абсолютно нездешней: она не просто не принадлежала Глубинному лесу, а была чужеродна миру. В конце концов, её волосы были слишком короткими даже для женщин нашего племени, что уж говорить про рафинированных блондинов, кичащихся своей изнеженной красотой и блестящей шевелюрой до пояса.

То, как незнакомка укололась об стрелоцвет, ударилась о мшистый камень, неловко и испуганно замерла перед горным ручьём… Я втянул ноздрями воздух: сквозь древесно-цветочный аромат одежды Первых улавливался странный запах: нагретая солнцем кожа, железо, что-то химическое и ненатуральное.