Лерка. Дилогия (СИ)

Монах подчинился и с очередным поклоном закрыл дверь, оставляя нас в полной тишине, которое нарушало лишь хрипловатое дыхание императора.

- Смотри, - коротко бросил принц и уселся в кресло, стоящее около одной из стен.

Постояв с минуту, запоздало кивнула и подошла к кровати, рассматривая императора вблизи. Внешность у императора была вполне себе обычная. Светлые волосы, намного светлее, чем у принца. Крупный, но ровный и аккуратный нос, полные губы, которые сейчас были расслаблены, отчего рот был чуточку приоткрыт.

Кожа имела болезненный оттенок, кое-где видны были морщины. Хм, сколько ему? Лет сорок точно. Судя по очертанию тела, скрытому под простынёй, император был невысоким, но крупным, можно сказать, мощным. Не удивлюсь, если у него будут не ладони, а лопаты.

Прикрыв глаза, настроилась на императора, пытаясь как можно лучше рассмотреть, что не так с его организмом. Увиденное меня совершенно не обрадовало. Опустив руки, я открыла глаза и облизала пересохшие губы.

- Это будет непросто, - прошептала я.

- Но... 'будет'?

Вздрогнула и повернула голову. Рядом стоял принц, и чуть наклонившись, заглядывал мне прямо в глаза. Стало не по себе. Такой внимательный, выжидающий взгляд, будто у хищника, который почуял добычу. Сомневаюсь, что у меня что-то выйдет. Не знаю, что случилось с правителем, но та чёрная субстанция, которая буквально пожирает всю его энергию, это явно не простая болезнь.

На вопрос Ренольда я лишь пожала плеча, давая понять, что обещать ничего не могу.

Повернувшись к императору, снова распростёрла над его телом руки. На этот раз я хотела прикоснуться к той чёрной массе своей энергией, но стоило мне это сделать, как меня буквально скрутило от внезапно накатившей боли.

Захотелось отшатнуться, скрутиться клубочком и, подвывая на одной ноте, кататься по полу. Что это за чёрт? Впервые такое! Чертовски больно! Такое ощущение, словно в каждый нерв на моём теле воткнули тоненькую иглу. Слёзы сами выступили на глазах, а руки задрожали.

Даже умирать было не так больно, по той простой причине, что мозг тогда отключился раньше, чем я что-либо поняла."

"Нормальный человек в случает такого предупреждения, отступил бы. Но я, то ли оттого, что из-за боли мозг работал по-другому, то ли от природного упрямства, только сильнее надавила своей энергией на эту чёрную субстанцию, тут же падая на колени перед кроватью.

Ренольд не дал мне завалиться набок, подхватив.