Лекарка поневоле и опять 25 примет (СИ)

Роберт также просил напомнить привезти ему подшипник, он сказал, ты знаешь, какой именно.

Дичик, который категорически запретил называть его Дичиком и откликается теперь только на Дия, сегодня отбыл на свою первую ученическую стажировку, и мальчишки жутко завидуют, что он будет разбирать и чинить настоящие маголёты. Обещают непременно в этом его превзойти, правда, немного расстраиваются, что для этого нужно хорошо учиться и делать уроки.

Видимо, именно в попытке превзойдения они и утопили в горячем источнике самостоятельно сконструированный биплан.

Флегмат и Шельма отказываются выходить на улицу, потому что там слишком снежно и холодно. Сто процентов понимания, ноль процентов осуждения!

Почта до нас теперь доходит с опозданием, поэтому сегодня я получила сразу два неожиданных письма — начну с гневного от Дженеры.

Она очень возмущена тем, что до сих пор не может сочетаться браком ни с одним из выбранных кавалеров (судя по разъярённому тону письма, их было несколько), и приходит к крайне эмоциональному, но (на мой скромный взгляд) совершенно нелогичному выводу, что виноват в этом ты."

"Возможно, какая-то другая, более достойная и всепрощающая женщина посочувствовала бы ей, но я злорадно похихикала. Надеюсь, ты простишь мне эту слабость.

Перехожу ко второму письму — от Мальба Дьевежа.

Я знаю, что на протяжении последних пяти лет ты несколько раз пытался с ним встретиться, но он этого не хотел. Судя по всему, его позиция изменилась. Он пишет, что твой отец уже совсем стар, и теперь он сам управляет семейным делом. Он также задаёт очень много вопросов о прошлом. Судя по тону письма, твой первенец наконец готов услышать правдивые ответы.

Ну и напоследок хорошая новость: я договорилась с Таллой, и теперь, когда Дия нет дома, она пообещала пару недель приглядывать за детьми, пока мы… отправимся в отпуск! На море! На юг! На новом комфортабельном поезде, о котором все говорят. Я уже зарезервировала путёвки, осталось только выбрать даты.

Готовься, мой любимый особист!

Целых две недели свободы — только ты, я, море и небо.