Лекарка поневоле и опять 25 примет (СИ)

И таковой нашёлся! Это было настолько дико и страшно, ведь заключённых «страховали» жрецы, которые вернули бы дух обратно и не дали бы умереть окончательно, а вызвавшийся добровольцем особист мог погибнуть по-настоящему. Но он даже бровью не повёл, лёг на стол и умер, а когда его реанимировали, поднялся, потёр грудь и сказал: «Ну всё, теперь нам, братцы, даже сдохнуть не дадут по-человечески». Раздался общий хохот, а довольный Скоуэр поздравил меня с изобретением способа реанимации агентов СИБ.

Любезно вручил мне какой-то листочек и выпроводил вон, а двое конвоиров доставили меня обратно домой, где я сейчас и пребываю в глубочайшем шоке.

Листочек оказался схемой закорючки, даже не полноценного заклинания. Внизу была приписка, что это может помочь в лечении Дичиковой миопатии.

Закорючка! Просто закорючка!

Я негодую…

Приезжай скорее, будем негодовать вместе и испытаем кровать на прочность!

Восьмое сентабреля 1135-го года

Мой потрясающий особист!

Сегодня дед Кальв закончил работу над кроватью. Конструкция получилась простой и крепкой.

Дичик старался больше всех — прошёлся кисточкой по всем уголочкам, не оставив древесным жучкам и плесени ни шансика.

Приезжай скорее, нужно же испытать кровать. Кстати, оказалось, что звукоизоляция в доме очень хорошая — осипнешь, пока докричишься со второго этажа на первый. Это я выяснила опытным путём, когда Шельма поперёк туловища застряла в приоткрытом окне, а я не смогла вынуть её самостоятельно.

"Всё это время за окном по маленькому подоконничку бегала ворона и несколько раз клюнула Шельму в нос, пока та не могла защищаться. Раны получились такие, что пришлось несчастный нос сначала зашивать, а потом магией долечивать, между прочим.

У нашей кисы случился такой стресс, что вечером она отказалась от еды. Я сжалилась и выпустила её наружу. В конце концов, эти вороны сами нарываются! У них было несколько дней на то, чтобы съехать с нашей территории вместе со всеми перьями и гнездом!

Кстати, птенцы у них совсем взрослые, сегодня они летали перед окном, в котором застряла несчастная Шельма, и злорадно галдели.

Вернулась наша хищница уже утром, неся свидетельсво возмездия в виде застрявшего во зубах пера. Пришлось её вымыть и почистить ей зубы, но в этот раз она приняла судьбу стоически, а я лишь надеюсь, что меня не постигнет участь ворон.