Лекарка поневоле и опять 25 примет (СИ)

Мне обязательно нужно наведаться в Пелль, чтобы закрыть некоторые вопросики, и придётся сделать это в первую очередь, ведь в ближайшее время мои возможности к перемещению могут быть немножечко ограничены. Уже скучаю от одной мысли, что меня не будет рядом, когда ты проснёшься».

Я улыбнулась. Только Эрер может назвать грозящее нам тюремное заключение «немножечко ограниченными возможностями к перемещению».

Ну что ж… Пирожные и чаепитие с Таллой — не самый плохой вариант. Идти мне всё равно никуда не хотелось, после несостоявшегося магического срыва я была вялой и сонливой, даже на прогулку с Шельмой вышла через «не хочу».

Конечненько, мне сразу стало интересно, с какими такими делишками вдруг решил разобраться Эрер и какие такие вопросики в родном городе собрался закрывать, но не спросишь же теперь…

Примета 47, тоже хорошая: как только закроешь старую дверь, откроется новая

Двадцать седьмое сектеля. Полночь

Эрер Прейзер

Здоровенное, разлинованное меловой краской поле заливал свет практически полной Гесты.

Её сестра Таната, угрюмая и куцая в это время месяца, поднималась из-за горизонта, острыми краями серпа прорезая себе путь на небосвод.

Пахло скошенной травой и совсем немного — подступающей осенью.

Мрачное приземистое здание школы, в которую в детстве ходил Эрер, ничуть не изменилось за полтора десятка лет. Быть может, немного потемнело и вросло ещё глубже в землю."

"Только преподаватель был другой — молодой энергичный парень вместо строгого, вечно недовольного старичка.

Как же его звали? Господин Гурдан? Интересно, он уже ушёл на покой или всё ещё гоняет стайки мальчишек по краю поля? Две такие стайки как раз разминались неподалёку, а небольшая трибуна была полна зрителей — родственников и одноклассников, оживлённо обсуждавших предстоящие соревнования.

Вопреки опасениям, своего сына Эрер узнал сразу — тот слишком сильно походил на Дженеру, чтобы спутать его с другим ребёнком.

Последние часы все мысли занимало только прошлое, и вот настало время встретиться с ним лицом к лицу.

Старший брат заметил Эрера с другой стороны поля и всё это время целенаправленно шёл к нему мимо заполнявшихся трибун, однако остановился в двух шагах. Возможно, хотел ударить, но не решился. То ли не желал устраивать публичный скандал, то ли понимал, что шансы в рукопашном бою с тренированным младшим братом у него невелики — они уже не дети, когда три года разницы решают всё.

— Тебе запрещено приближаться к Мальбу, — раздался угрюмый рык.