Лейтенант империи. Часть вторая

— То есть, атака на предприятия могла исходить от местных аристо? — уточнил Меньшов, потирая подбородок, — если Юдина не приедет на аукцион, то им будет проще.

— Так точно, — подтвердил Фадеев, — в таком случае защита превратиться в атаку. Местные рода смогут войти в финансовый и промышленный сектора Святогора. Это огромные деньги.

— Связи Залесских с орденом двуликого не установлено, — поспешно добавил Растеряшев, — скорее всего, они действуют сами по себе.

— Нда, распустил я местную знать, распустил, — протянул Меньшов, — совсем распоясались.

— Никак нет.

— Я добавлю, — перенял эстафету Растеряшев, — думаю, Сарай вчера явился с этой же целью, не сожрать, так надкусить. Обозначить своё присутствие, чтобы мы не пустили графиню на аукцион.

— Тогда он должен знать о моём обеща…

Меньшов прервался, а Растеряшев многозначительно кивнул:

— Да-да, его связь с орденом несомненна.

— Только доказательств нет, — пожал плечами капитан Малышев, и тут же пояснил, когда все на него посмотрели: — иначе вчера мы бы его убрали. Он был бы в списке целей.

— Доказательства есть, — я решил вставить свои пять копеек, — у нас расследование по делу о взрыве бота проходило, так его слуга передал Гусеву взрывчатку. — Я посмотрел на Виктора Марковича, — это доказанный факт.

Взгляды скрестились на Растеряшеве и он хлопнул себя по лбу:

— Дело же закрыто, как висяк…

— Витя, — процедил Меньшов.

— Объявляю план перехват, — Растеряшев вскочил на ноги, подключу Тайную Канцелярию, они как раз помогают."

"— Обязательно, — поморщился Меньшов, — и добавь к охране Турова ещё людей, — генерал-адмирал посмотрел на нас тяжёлым взглядом: — на аукционе с Иллирики Данактовны не должен и волос упасть.

* * *Из кабинета Меньшова мы выходили все вместе. Растеряшев замер на пороге. Задумался. Затем вновь хлопнул себя по лбу и тут же умчался к себе.

Я же снова оказался в компании Фадеева.

— Туров, ты замечательный человек, — хлопнул меня по плечу лейтенант, как я рад, что ты попался мне на пути.

— Помнится, в прошлый раз ты назвал меня скотиной, — хмыкнул я. Его внимание было мне неприятно.