Лейтенант империи. Часть вторая

— Мы знаем, Альберт, — удивился его словам великий князь, — сегодня в бою погиб.

— Нет, Ваше императорское высочество, — помотал головой старый слуга и, вытаскивая из кармана пробирку с иссохшим пальцем, выдаал: — это его труп был в катакомбах.

Глава 3

— Василий погиб? — встрепенулся Меньшов, обводя всех нас взглядом, но никто не ответил ему. Все затаили дыхание и смотрели на Альберта Викторовича.

— Не понял, — тяжело проронил великий князь и меедленно повернул голову к Разумовскому, — кого же тогда мы помянули недавно?

Евгений Аскольдович ничего не ответил.

— Не знаю, Ваше императорское высочество, — вместе Разумовского ответил Альберт Викторович, — но мне пришлось хорошо извернуться, чтобы провести анализ ДНК. — Он прошёл вперёд и положил колбу на стол перед великим князем, — в копии нашей базы совпадений не нашлось, у тайной канцелярии тоже.

— Как же ты определил? — протянул Михаил Владимирович, а у Разумовского прояснилось в глазах, и он посмотрел на слугу с большим интересом.

— Вспомнил, что десять лет назад мы заключали договор с местным санаторием для реабилитации гвардии, — Альберт Викторович отвернул лацкан пиджака и достал из внутреннего кармана накопитель информации.

Великий князь кивнул, и бывший глава контрразведки гвардии продолжил:

— Тогда, по Вашему распоряжению, все выжившие перешли на службу во дворцовую охрану, — слуга положил накопитель на стол, — так что это единственная актуальная база личных данных на сегодня.

— С отставанием на десять лет, — протянул великий князь и покачал головой, задумчиво поджав губы.

— Великолепно, — расцвел улыбкой Разумовский.- Альберт Викторович, Вы проделали восхитительную работу, я не смог бы лучше.

— У тебя сложилась картинка, Женя? — Михаил Владимирович с интересом глянул на Разумовского.

— Пока только догадки, — улыбнулся тот, — скажите, капитан Вадышев давно служит?

— Славик? — удивлённо вскинулся Альберт Викторович, — да уж лет пятнадцать.

— И в вашей базе он есть?

— Ну да, — пожал плечами слуга.

— Женя, не томи, — бросил Михаил Владимирович, сжимая ручки кресла.