Лейтенант империи. Часть вторая

Тёмное содержимое тут же плеснуло на стеклянные стенки. — Кто-нибудь, принесите из приёмной бокалы на всех, надо помянуть героя.

Я и мои бойцы дружно поднялись на ноги, но Гусар, опередив всех, юркнул к двери. Не успели мы приземлиться обратно, как Миша вернулся и расставил на столе коньячные фужеры.

— Лет восемь назад он получил от нашего рода золотую звезду, — Михаил Владимирович тоже встал и принялся разливать напиток. Тут же в комнате запахло чем-то терпким, с примесью дрожжей, кажется."

"— Геройски служил и жил, — продолжал великий Князь, а мы все выстроились перед его столом полукругом.

Великий князь первым прикоснулся губами к стакану, и стал пить мелкими глотками. Последовал его примеру, только хлебнул сильнее.

Хм, а приятно. Освежает, и алкоголь почти не чувствуется.

— Отлично получился, — Разумовский поставил бокал на место, — это с того, что я принёс?

— Не только, — улыбнулся Михаил Владимирович, — я смешал твой и от Альберта.

— Что смешал, вы о чём? — хотел я спросить, теряясь в догадках, но великий князь снова «прочитал» мои мысли.

— Чайный гриб, Ростислав Драгомирович, — улыбнулся он, — вкусно и полезно, рекомендую. Хочешь, я тебе отсажу от своего чуток?

— Почту за честь, — пробормотал я в растерянности.

От дальнейшей неловкости меня спас Разумовский. Его инфопланшет пиликнул и он, глянув на экаран, тут же отчитался:

— Капитана нашли, вернее его доспех и труп в нём.

— Сам? — Михаил Владимирович убрал бутыль и уселся в кресло, приготовившись внимательно слушать.

— Нет, застрелили, — Разумовский вывел на проекцию фотографии с места преступления и стал их вертеть, и приближать. — А ещё, это не капитан. Опознали как известного оппозиционного блогера Петра Иванова.

— Тот самый, который вчера опубликовал записи из дворца? — удивился Великий Князь.

— Так точно, — Евгений Аскольдович прекратил рассматривать фотографии и убрал инфопланшет, — причём в его же квартире и нашли тело. Ребята отследили перемещение, это именно он уходил из дворца.

— Значит, капитан оказался хитрее и пустил нас по ложному следу, — Михаил Владимирович облокотился о стол, сцепил пальцы в замок и опёрся о них подбородком.