Лейра

Каким образом умерли мои родители ещё предстояло узнать, но мысль, что к этому могли быть причастны дядя с тётей не давала мне покоя. Оставалась лишь одна ниточка, благодаря которой я могла узнать, что приозошло. Эрик. Нужно только найти возможность с ним связаться. Обо всём этом я думала уже сидя в карете, уносившей меня прочь от пансиона, где я училась с девяти лет, приезжая домой лишь на каникулы. Идею сбежать по дороге я отмела сразу. Нет, антимагические браслеты на меня не рискнули надеть из-за недавнего всплеска Тьмы.

Просто пока я по нашим правилам не достигла ""ведьминого совершеннолетия"", любая попытка была заранее обречена на провал. Меня бы нашли и вернули, а надзор усилили. Среди своих сверстниц я считалась самой сильной в плане магии, подчинения и управления Тьмой, но против опытного мага-ищейки однозначно не устояла бы. Не хватило бы ни сил, ни опыта, ни знаний. Кое-каким боевым приёмам меня обучил папа, но применять их было нельзя: признали бы ""условно неуравновешенной"", а значит, и опасной, так как не моего уровня они были, а доказать, что владею ими в совершенстве не успела бы. В общем, вот так, в одночасье захлопнулась дверь в моё прошлое, разделив жизнь на ""до"" и ""после"". От сопровождающего мага удалось узнать конечную точку маршрута: монастырь Акриты. Из пяти Тёмных монастырей он славился самыми жёсткими правилами. И насколько я знала от родителей, бывших Стражами Врат Тьмы, выхода из него ""на волю"" не было. Оставалось лишь надеяться за два года изучить все ходы и выходы из него, добиться если не расположения к себе, то нейтрального отношения, а затем сбежать. С учётом всех обстоятельств после совершеннолетия я буду никому не интересна: ни имени, ни принадлежности к Роду, ни денег. В том, что тётушка вымарает моё имя отовсюду, чтобы стереть малейшие воспоминания о какой-то там Александрине Эрике Тернан, не сомневалась. Рано или поздно она сделает это. Я всегда раздражала её. И своим полом, да, девочек Мориса Аллана Тернан терпеть не могла, видя в них априори конкуренток за малейшее мужское внимание. Её даже не останавливало, что дядя — мой кровный родственник, всё равно боялась. Этого я никогда не могла понять. И мои родители — тоже. Плюс я была препятствием для её обожаемого племянника на пути к деньгам, власти, положению.