Единица безумия

Понятно, почему свалила. Ты реально думаешь, что она собиралась за все это платить?

– Ничего не говори. Я и так знаю, что я дура.

– Ты не дура, ты…

– Андрюша, заткнись. Не начинай снова меня оскорблять.

– По-моему, ты с этой миссией успешно справляешься сама. Я и слова не успеваю сказать.

Женя подавленно замолчала, наблюдая, как Погодин отдает официанту деньги.

Черт подери, она снова ему должна!

– Если так хотела нажраться, могла сделать это в моей компании, дешевле обошлось бы.

– Что теперь? – Погодина предпочла проигнорировать его правдивое замечание.

– Домой поехали. Тебе надо проспаться.

– Я не пьяная!

– Да уж… не пьяная. – Пальцы его руки мертвым замком сомкнулись на ее запястье.

– Я сама, не хватай меня! – возмутилась она и дернула локтем.

– Слушай, – вспылил Андрей и потянул ее из-за столика, – имей совесть, не хами! Я только что «котлету» бабла тут оставил!

Выходящая из ресторана большая компания волной понесла их к выходу и выплеснула на улицу.

Андрей помог Женьке сесть в машину и сам уселся за руль.

– Не думала, что ты такой жмот, – насупилась она.

– Я не жмот, но и ты не моя подружка.

– Значит, до утра мне придется побыть твоей подружкой.

– До утра в самый раз. А то у меня от тебя изжога начнется. Только после того, как протрезвеешь.

– Андрюша, я тебе не купон на скидку: сегодня мне некогда – завтра использую.

– Пристегнись.

– Не хочу.

– Как же я ненавижу пьяных баб! Пристегнись и не беси меня! – рявкнул он.

– Грудь давит. Мне жарко, – продолжила огрызаться Погодина.

– Твою не должно давить. Или она у тебя за сутки выросла?

– Хамло!

Погодин глубоко вздохнул и сжал челюсти. Спорить с Дольчегабаной сейчас бесполезно, потому как она мало того, что пьяна, но еще и устала.

– Ага, только недавно сам меня подпаивал. – Но Женя молчать не собиралась. В ней проснулось острое желание поругаться с Погодиным и все ему высказать. Раз и навсегда.

– Вот именно, что сам. Тогда все было под контролем. А сегодня ты шляешься неизвестно где и неизвестно с кем! А если бы я не приехал? Потом чуть что будешь названивать – Андрю-ю-юша!

– Все тебе не так.

– Чего? – повернулся к ней Погодин. – Я тебе сказал, не беси меня.

– Почему это? – простодушно поинтересовалась она.

– Детство у меня было тяжелое.

То ли тон Погодина задел за живое, то ли вечерняя прохлада заставила встряхнуться, но Женьке вдруг стало за себя стыдно. И очень обидно.