Единица безумия

Я думал, в живых уже никого не осталось.

– Живой. Я знаю, кто тебе нужен. Найдешь человека – он тебе все расскажет.

– А если не найду?

Филатов усмехнулся:

– Найдешь.

– Кто это?

Фил достал из кармана листок, на котором было написано два слова.

Ловягин. Лава.

– Что за Лава? Не слышал о нем.

– Конечно, не слышал. Кто-то очень постарался, чтобы ты о нем никогда не услышал. Он работал на них в то время. Выполнял кое-какие «особые» поручения. Ты же помнишь. Ходили разговоры, что Эстонца подставил кто-то из своих, но эту версию быстро замяли.

Он помнил. Эти разговоры. И кое-что другое. Потому что был тому свидетелем и чудом остался жив. После убийства отца их с Даней перевезли в безопасное место. Детская память, шокированная и разорванная на куски, долго не принимала новую реальность. Все смешалось. Он по сей день пытался все вспомнить и четко выстроить, но у него не получалось. Слишком много времени прошло. События тех далеких дней постепенно выцвели, как чернила на бумаге. Все меньше оставалось в голове деталей.

Слава богу, брат этого не видел. Ему и так пришлось туго. Потом…

– Почему ты решил, что он мне что-то скажет?

Фил напряженно помолчал.

– Потому что терять ему уже нечего.

– Откуда информация?

– Прости, но этого я тебе сказать не могу. Мой информатор хочет жить. Сам понимаешь.

– А ты? Жить хочешь? – тихо спросил Янис, отвернувшись от него и взглянув на темную воду.

– Когда все узнаешь – не забудь про меня, – на прощанье сказал Филатов и двинулся прочь.

– Поверь. Не забуду, – пообещал Майер, провожая мужчину долгим взглядом.

Как только Филатов отошел, Иван приблизился и безмолвно застыл рядом.

– Ваня, ты все слышал? Приставь к Филу своих лучших спецов. Я хочу знать о каждом его шаге. Если Рысь тоже его водит, постарайся, чтоб вам не стало тесно.

– Понял. Сделаю.

– И вот этого мне найди.

Иван кивнул, сунул листок в карман пальто и достал телефон, принявшись сию секунду выполнять поставленные задачи. Янис вытащил сигареты и прикурил.

Знал Филатов, за что цеплять. Смерть отца – его незаживающая рана. Сколько себя помнил, искал правду и уже почти потерял надежду что-то найти.

– Поехали, Ваня. Я не хочу пропустить весь праздник. – Сделав несколько глубоких затяжек, Янис выбросил сигарету и торопливо двинулся к машине.

Они вернулись в ресторан.