Единица безумия

Казалось, девушки насквозь пропитались благовониями, но ожидаемого успокоительного эффекта это не принесло.

– Поверь, она не обижается. Я немного ее знаю. Ее трудно обидеть. Твои слова вряд ли ее заденут. Сказала и сказала. Она поржала и пошла дальше. Забудь, елки-палки!

– Ладно… – начала Женя и оборвалась, замерев в неудобной страдальческой позе. – Опять спину прихватило. Хотела встать и не могу…

Маша задвинула урну в угол и помогла ей подняться.

– Тебе срочно надо к Анжелке. Она поставит тебя на ноги.

На этот раз Женя не спорила, позволила отвести себя в одну из комнат и уложить на массажный стол. Потом пришла Анжела, – та самая блондинка с округлыми грудями четвертого размера, – и сказала, что сначала надо сходить в больницу, лечебный массаж наобум не делается.

– Ой, ладно тебе, – уговаривала Маша, – а ты сделай не лечебный, а расслабляющий. Аккуратненько.

Анжела согласилась, руки у нее и правда оказались волшебными. Женя почувствовала себя гораздо лучше. Не только массаж помог, но и спасительное очищение слезами.

Девочкам обязательно нужно выговориться, порыдать у подруги на плече. Машка не была близким человеком, но отлично с этой ролью справилась, хотя о том, что Женю действительно беспокоило, она никому рассказать не могла…

Возвращаться в дом Виктора Олеговича не хотелось. Хотелось побыть одной, обдумать дальнейшее свое поведение. Как держаться, что делать, чтобы снова не попасть впросак.

Поехала туда, где жила раньше. В обшарпанную коммуналку, из которой когда-то мечтала сбежать.

Повернув ключ в замке, поразилась неприятной, непривычной тишине, стоящей в квартире. Зная, что Кувалды нет, все равно постучала в его дверь, почему-то ожидая услышать в ответ знакомый прокуренный голос.

В своей комнате Женя открыла окно, чтоб выпустить застоявшийся воздух. С улицы доносились привычные звуки: шум автомобилей, крики детей на детской площадке. За окном – жизнь. А ее собственная превратилась в череду каких-то хаотичных событий, которыми она не могла управлять.

Может быть, это всего лишь наступающая осень…

Она сидела на кровати, застыв в одной позе. Чуть наклонившись вперед, как под бременем невыносимого груза, чувствуя себя одинокой, отверженной, маленькой и слабой для этого жестокого мира. Сидела долго, пока не раздался дверной звонок. Женя вздрогнула и посмотрела на дверь. Она успела отвыкнуть от этого резкого звука. Сейчас он показался ей странным, далеким, не из этой реальности.