Эркюль Пуаро

– Но вы не приняли его предложение?

– Нет.

– Почему?"

"– Скажем, потому, что я предпочел держать это дело в своих руках.

– Вы хотите сказать, что, если б вы приняли предложение маркиза, кубок, если его найдут, был бы его собственностью, тогда как сейчас он ваш по закону?

– Вот именно.

– Что стояло за такой вашей позицией?

Эмери Пауэр ответил с улыбкой:

– Я вижу, вы оценили этот момент. Понимаете, мосье Пуаро, это очень просто. Я считал, что знаю, кто владеет кубком.

– Очень интересно. И кто же?

– Сэр Рубен Розенталь.

Он был не только таким же коллекционером, но и моим личным врагом в то время. Мы соперничали в нескольких деловых сделках, и в целом я вышел победителем. Наша вражда дошла до высшей точки в борьбе за владение кубком Борджиа. Каждый из нас был твердо намерен завладеть им. Вопрос чести, более или менее. Назначенные нами представители торговались на аукционе.

– И ставка вашего представителя обеспечила вам это сокровище?

– Не совсем так. Я принял меры предосторожности и нанял второго агента, якобы представителя одного парижского дилера.

Ни один из нас, вы понимаете, не захотел бы уступить другому; но позволить третьей стороне заполучить кубок, а потом иметь возможность потихоньку обратиться к этой третьей стороне – совсем другое дело.

– Фактически une petite déception[42].

– Вот именно.

– И он удался... А сразу же после этого сэр Рубен обнаружил, что его обманули.

Пауэр улыбнулся. Эта улыбка о многом говорила.

– Теперь я понимаю ситуацию, – сказал Пуаро.

– Вы считаете, что сэр Рубен, не желая быть побежденным, намеренно заказал это похищение?

Эмери Пауэр поднял руку:

– О нет-нет! Ничего настолько грубого. Вот к чему все сводилось: вскоре после этого сэр Рубен приобрел бы кубок эпохи Возрождения неясного происхождения.

– Описание которого распространила полиция?

– Кубок не выставляли бы на всеобщее обозрение.

– Вы считаете, сэру Рубену было бы достаточно знать, что он им владеет?

– Да. Более того, если б я принял предложение маркиза, сэр Рубен мог бы потом заключить с ним частное соглашение, что позволило бы кубку законно перейти в его собственность.

– Он немного помолчал, затем продолжил: – Но то, что я остался законным владельцем, оставило мне возможность вернуть свою собственность.

– Вы хотите сказать, – высказал Пуаро откровенное предположение, – что вы могли бы организовать его похищение у сэра Рубена.

– Не похищение, мосье Пуаро. Я всего лишь вернул бы свою собственность.