Леди Удача

Всюду были натянутые улыбки и настороженные взгляды, каждое произнесенное слово имело несколько потаенных смыслов, любое действие совершалось напоказ, всякое замечание произносилось, чтобы произвести впечатление на окружающих. Человеческие отношения были втиснуты в тесные рамки приличий, и человек здесь оценивался в соответствии с единственным критерием — насколько он может оказаться полезен. И почему ему так хотелось войти в круг этих людей? Какое-то время спустя Чарити и Рейн неожиданно вновь оказались рядом с мисс Саттерфилд; на сей раз эта особа была со своим женихом, виконтом Харроуфордом, молодым человеком с лягушачьей физиономией.

Харроуфорд, целуя руку Чарити, задержал ее в своей несколько дольше, чем допускали приличия, и разглядывал ее ладную фигурку и милое лицо с откровенностью, почти недопустимой. Гордость мисс Саттерфилд была уязвлена, и она обратилась к Рейну:

— Вы должны простить его сиятельству, что он столь невнимателен к вам. Он только что вернулся из своего имения.

А кому, как не вам, знать, насколько пагубно влияет деревенский воздух на манеры джентльмена… манеры в деревне огрубляются, обветриваются, как и кожа лица.

Чарити сразу ощетинилась и собралась ответить в том же духе, однако Рейн хладнокровно заявил, что они должны подойти к хозяевам бала, и увел жену прочь.

— Так она за этого заморыша выходит замуж? За этого худосочного Харроуфорда? — Чарити мстительно прищурила глаза.

— Леди Чарити, вы в свете не пропадете.

 — Он засмеялся и, не удосужившись посмотреть, нет ли кого поблизости, поцеловал ее.

В полночь подали легкий ужин. В продолжение всей трапезы Чарити имела удовольствие слышать, как мисс Саттерфилд, сидевшая неподалеку, громким шепотом отпускает язвительные замечания в ее адрес. Рейн и леди Кэтрин подчеркнуто игнорировали бестактные выходки Глории, леди Маргарет была слишком занята: отслеживала дурные знаки и приметы. А вот Чарити рассердилась не на шутку.

Зависть и предубеждение; и вот с этим ее Рейн должен был мириться долгие годы, поняла вдруг она. Гнев ее разгорался все сильнее с каждым ехидным замечанием, которое Глория отпускала, обращаясь к своим разгоряченным вином сотрапезникам.

Рейн заметил, что кровь прилила к щекам Чарити, а спина ее чопорно выпрямилась. Он под скатертью тихонько сжал руку жены. Чарити благодарно улыбнулась ему, и сразу подбородок ее гордо поднялся.