Леди Удача

Разве нет? — И прежде чем она успела ответить, его пальцы принялись перебирать ее волосы, массировать кожу головы, потихоньку спустились к затылку, и напряженные мышцы ее шеи сразу расслабились.

— Н-нет. — Она вся напряглась, замерла, дрожа от его прикосновений. — Пожалуйста, убери р-руки.

Он убрал руки с ее шеи, но сразу положил их, такие теплые, спокойные, ей на плечи.

— Скажи, где еще у тебя болит?

— У меня… все болит. — Она изогнулась, прикидывая, какое расстояние отделяет ее от двери, и всерьез опасаясь, что не сможет преодолеть его из-за подгибающихся коленей.

Он отступил на шаг, хмурясь и пытливо вглядываясь в ее лицо. Она скорчила болезненную гримасу и потерла шею. В следующее мгновение он уже едва не силой усаживал ее в дряхлое кресло возле постели. Опустился на колени перед ней, приподнял подол платья и взял ее холодную лодыжку в свои теплые ладони.

— Что ты делаешь? — Она попыталась отстраниться от него.

— Как что? Ноги тебе растираю, — сообщил он и принялся массировать ей ступню. — А потом разотру икры. — Руки его тихонько переместились выше, в соответствии с озвученным им маршрутом на сегодняшнюю ночь. — И спину тебе разотру, и голову помассирую. Не забуду, конечно, и про отбитый в пути зад, и про бедные усталые плечи. — Он поднял глаза и с вызовом посмотрел на нее. — Я буду растирать и массировать тебя всю, пока ты не позабудешь, что у тебя что-то болело, и не сможешь сосредоточиться на… более приятных вещах.

Она сидела неподвижно, чувствуя, как кровь бежит горячее и жар поднимается вверх по телу, следуя за его пальцами. Дивные ручейки блаженства, словно в насмешку над законом земного тяготения, текли снизу вверх по ее ногам. Ясно было, что рано или поздно ручейки эти дотекут до влажного средоточия ее женской сущности и разожгут в ней пыл по-настоящему.

— Нет! — Она дернулась, вырвала из его ладоней лодыжку. Паника охватила ее. Стоит ему сейчас коснуться ее… в любом месте… и она позабудет и про свои решения, и про то, что она приносит беду окружающим и обязана защищать мужа от себя самой. — Вы, ваше сиятельство, не сможете — потому как я не позволю вам — разделить со мной ложе и получить доступ к моему телу сегодня ночью.