Леди Удача

И припомнилось ему, как вырвался у нее полувздох-полувсхлип наслаждения, похожий на шелест знойного ветра, когда она открыла для себя собственную чувственность, пробужденную его руками.

Все тело его напряглось. Она тоже хотела его; это чувствовалось по тому, как вздрагивали ее милые плечи, как застенчиво гладили его ее любопытные ладони, как двигался ее горячий язычок. Ее не смутили ни его дурной нрав, ни напускная сдержанность, ни его прошлое — она преодолела все, чтобы добраться до человека, который жил внутри его.

И всего несколько минут назад она сама, в свойственной ей соблазнительно-чувственной манере, объявила ему, что он вовсе не обязан вести себя как образцовый джентльмен, добиваясь ее, — он может быть просто мужчиной.

Глаза у него так и вспыхнули голубым пламенем при этой мысли. Его стремление заполучить Чарити Стэндинг не было ни безумным, ни безнадежным! Она уже принадлежала ему. Все, что требовалось от него, — заявить свои права на эту девушку.

А Чарити внизу убежала в свою комнату и затворилась там.

Она опустилась на ларь возле окна и принялась судорожно вытирать губы тыльной стороной ладони.

Да как он посмел, этот барон, целовать ее и лапать так нагло?! Итак, разрешилась наконец загадка, отчего она так недолюбливала долговязого бледнокожего Пинноу. Эти его взгляды, которые так неприятно было ощущать на себе, привычка хватать ее руками с хозяйским видом. Он хотел заполучить ее для ночных трудов! Ее так и передернуло.

Она не испытывала отвращения, когда Рейн предъявлял на нее свои права.

Поцелуи его были долгими, сладостными, в них чувствовалась ласка и благоговение. Его прикосновения жгли… как прохладное пламя. Его тело и его объятия были попеременно жесткими и мягкими, но всегда нежными. Рейн Остин дарил ей… близость, наслаждение, радость. Салливан Пинноу умел только брать. От внезапного прозрения у нее даже голова закружилась. Так вот в чем разница между ночными трудами и ночным волшебством! Она улыбнулась, радуясь, что поняла все до конца, и еще больше утвердилась в намерении заполучить этого мужчину, в руках которого заключено ночное волшебство.

В течение следующих трех суток леди Маргарет была занята тем, что целыми днями наблюдала за Чарити и Рейном, которые то и дело обменивались многозначительными взглядами, а ночами наблюдала за растущей луной, ожидая полнолуния. Катастрофа, которую старуха ясно предвидела как результат схождения двух этих феноменов, приближалась. И потому она обдумывала, как бы ей разлучить молодых людей.