Леди Стерва

Мне, честно говоря, его ни грамма не жалко. Таких убивать надо. Онанист несчастный! Вы посмотрите, сколько их развелось. Это издержки нашего больного общества. Детей на улицах пугают, женщин. Спасу от них нет. Хоть один наказан, сволочь. Больше он свое хозяйство не высунет, побоится. Да там от хозяйства-то осталось одно название. Молодец какая-то женщина, здорово его проучила.

– Ладно, я пошла, с ним побеседую. Такой социальный объект тоже интересен. Позаботьтесь, чтобы меня никто не беспокоил.

– Только не очень долго, он еще слишком слаб.

– Договорились.

Бокс, в котором лежал Комар, был похож на склеп.

Как в гробу, ей-богу! Комар лежал под капельницей, губы пересохли. Из нижней части живота торчали трубки, опущенные в таз, по ним стекала кровь и белая вязкая жидкость. Я подошла поближе и постучала его по плечу.

– Дорогой, просыпайся.

Комар открыл глаза и содрогнулся.

– Что тебе надо, сука?

– Хочу заняться с тобой любовью.. Пришла сделать тебе минет.

– Сатана в юбке, живучая, как падла.

– Что там у тебя под простыней? Ну-ка, покажи! Я хочу сделать тебе хорошо. Я ведь умею это делать. Скажи, в прошлый раз тебе понравилось? Ты испытал классный оргазм? Хочешь еще?

– Нет, – взмолился Комар. На его глазах появились слезы.

Я откинула простыню. Весь низ живота был обмотан кровавыми повязками.

– Так, это трубка для лимфы, это катетер. По нему вытекает самая вонючая моча на свете. Хочешь, я вытащу все трубки. Самая болезненная та, которая для оттока лимфы.

Тебе с нормальным-то никто не давал, а с таким можешь сразу повеситься.

Я села, положив ногу на ногу, и стала приглаживать свои бедра.

– Ну что, встает? Или у тебя там вставать нечему? Ты, сукин сын, отнял самое ценное, что у меня было, человека, которого я любила, и я отняла самое ценное, что было у тебя. Мы квиты. Только теперь мне бы хотелось его прострелить.

Я полезла в пакет, достала пушку и ткнула ее в нижнюю часть живота.

– Не надо. Прошу тебя, не надо, – заплакал Комар.

– Хорошо, тогда ответь на мои вопросы. Мне нужен номер мобильного телефона Касьяна.

– Я не знаю.

– Знаешь, дорогой, знаешь.

– Ей-богу, нет. Клянусь тебе.

– Тебе поклясться, что опорожниться в этот таз.

Смотри, ты сам напросился. Я не хотела этого делать. – Я взвела курок.

– Нет! – закричал Комар и назвал мне номер.