Леди из Уотерхолла (СИ)

— Интересно, здесь всегда так пустынно? — задумчиво пробормотала я, первой нарушив тишину.

— Здесь магический барьер, ринья, — откликнулся Алексис. — Ваш батюшка сообщил мне, что замок защищен магией. И тому, кто задумал что-то дурное по отношению к хозяевам замка, просто не пробраться сюда.

— Насколько дурное? — деловито уточнила я. — Убийство — это понятно. А если, допустим, мошенничество?

Алексис напрягся, вцепился взглядом в мое лицо.

— У вас что-то случилось, ринья?

— Пока — нет, — покачала я головой. — Но хочется знать, от чего конкретно я защищена.

Не сказать, чтобы Алексис полностью расслабился при моих словах, но напряжение из позы ушло.

— Не могу точно знать, ринья, вам нужно узнавать это у своего батюшки, — ответил он.

Я кивнула, показывая, что поняла его. И продолжила расспросы.

— И все же я не понимаю. Этот магический барьер. Он отпугивает тех, кто задумал дурное. Но те же насекомые, птицы, животные. Их почему здесь нет?

— Птица может быть зачарована на смерть хозяев, с животным то же самое, — как неразумному ребенку, объяснил мне Алексис.

Я вообще заметила, что и он, и Витор, да и остальные мужчины тоже, разговаривали с местным женским полом голосом, полным превосходства. И надо сказать, меня такое отношение знатно раздражало. Из-за чего подобное общение? Только потому что в этом мире патриархат, и кому-то повезло родиться мужчиной? Ну так я при желании дам фору любому из противоположного пора. Что мне теперь, смотреть на них сверху вниз?

— И барьер не распознает эту смертельную магию? Не уничтожит ее носителей? — удивилась я.

— Нет. Из-за своих небольших размеров и животное, и птица будут считаться больными сами. Они действительно умрут практически сразу же, едва добравшись до того, к кому были направлены.

— И часто здесь случаются подобные покушения? — иронично поинтересовалась я. — Стоит ли такая мощная защита той серости, что царит вокруг?

— Пока существует хотя бы один шанс быть убитым, ринья, нужно полностью обезопаситься от любого нападения.

— Так легче вообще не жить.

Меня раздражали и серость, и пустота, и неразумное использование пространства. Моей душе хотелось цветов, деревьев, птиц… Да чего угодно! Но не подобного добровольного заключения под магическим куполом!

Алексис посмотрел на меня снисходительно, как на безмозглую дурочку, но не стал спорить. Правильно, и не надо. Я — девушка нервная, обидеться могу. А если сильно обижусь, еще и откажу от дома.