Две сироты для миллиардера

Два сломанных ребра от охранников, которые меня скрутили, и не дали начистить рожу твоему новоиспеченному муженьку, реальное тому подтверждение. Он же трус у тебя, за спинами пятерых бугаев прятался, - говорю жестко, в крови ядовитая ярость. – И смеялась ты заливисто… громко… Рад, что смог тебя развеселить…

Ее взгляд обманчиво-невинный, словно реально впервые слышит.

- Зачем ты это придумал?

- Хорошая ты актриса, - обхватываю ее лицо ладонями. В глазах слезы стоят, дрожит, дыхание обжигает.

Злость смешивается с адским желанием, не хочу слышать лживых слов, хочу ее вкус… Вопреки всему она мне нужна, жизненно необходима… сейчас… немедленно.

Целую. Жестко. Нагло. Прижимаю к себе до хруста костей. Она не сопротивляется, отвечает. Тает в моих руках. Обхватывает шею, всхлипывает, слезы продолжают катиться по щекам, попадают на губы… Какие же они вкусные ее слезы… как же она неповторимая… лживая… единственная… Моя…

- Все равно что потом… ты так мне нужен… - шепчет, покрывая мое лицо поцелуями.

Столько искренности в ее словах. Скучала… врет же… снова. И я хочу обмануться, хочу в очередной раз поверить, потому что лучше ее ложь, чем существовать без нее… Больше не могу, не хочу…

Зарываюсь лицом в ее волосы, руки блуждают по телу, изучают его вновь… какая же у нее шелковистая кожа, неповторимая… Я ничего не забыл… я так тосковал…

- Врешь… очень хорошо врешь, - снова целую ее. Мне никогда не утолить жажды по ней. Всегда будет мало.

Она сегодня говорила с Аркадьевичем… и сейчас, вероятней всего, она просто выполняет его поручение, если он дал ей указание сблизиться со мной.

И я верю, что есть в ее ласках хоть что-то настоящее. Что не все игра и корысть…

- Гад, какой же ты гад, Богдан, - разрывает на мне рубашку. – Предатель, - проводит ногтями по спине, - Изменщик, - прижимается так, будто хочет стать со мной одним целым.

- Интриганка… - опрокидываю ее на постель."

"Больше ничего не имеет значения, только она в моих руках. Долгожданная, сладкая, неповторимая и до безумия любимая.

Нет, ни одного слова, ни одного признания. Но мои руки, мои губы… они все говорят за меня. Я выпускаю свои чувства на волю, пусть только на этот раз, пусть на эти мгновения, но я хочу верить, что она действительно хотя бы изредка вспоминала.

- Богдан, - шепчет мое имя с придыханием.