Леди и настойчивый поклонник

До чердака у слуг руки вечнo не доходили, даже моя матушка так и не добилась того, чтобы в этой обители пыли, пауков и старого хлама хоть что-то переменилось к лучшему. Впрочем, мама никогда не претендовала на звание лучшей хозяйки Альбина, предпочитая, плести интриги, а не кружево и бороться за влияние, а не с пылью.

– Самое время! – отрезала я и, грозно нахмурившись, смерила служанок чрезвычайно выразительными взглядами. - Или вы хотите, чтобы вашу работу выполнял кто-то другой? Более трудолюбивый и ответственный?

Обе девицы одновременно принялись мотать головами.

– Вот и славно, – усмехнулась я и первой двинулась в обитель абсолютного беспорядка.

Уже через час работы, в которой я принимала участие едва ли не наравне с горничными,темная шаль была решительно сброшена мной с плеч – слишком уж жарко стало. В запыленных зеркалах было oтчетливо видно, что прическа моя растрепалась до полного неприличия, однако труд помог выбрoсить из головы лишние мысли, и это стало благом.

"А ещё через час неожиданно тяжело заскрипели ступени лестницы под чьими-то ногами… И на чердак поднялся мой второй. С обоими иберийцами разом.

Я замерла в растерянности и смятении.

– Первая, неужели ты решила совершить эпический подвиг? - осведомился мой близнец, кажется, не осознавая, сколько неприятностей он принес мне на этот раз.

Я стояла прямо перед гостями в просто домашнем платье в цветочек, растрепанная… и без следа пудры на коже. И теперь оба Де Ла Серта видят, насколько я смуглая. Причем любой, кто знаком с тем, что такое поцелуи солнечных лучей, может понять, что такой темный цвет – вовсе не от природы. Я была непростительно загорелой для девушки благородного происхождения.

Сегодня никто не ждал гостей,так что я держалась совершенно свободно и позволила себе отступить от многих условностей… В таком виде определенно нельзя было пoказываться на глаза посторонним!

– Леди Ева, вы сегодня дивно выглядите! – выпалил Теодоро, до которого, кажется, не дошло, что именно не так с моим внешним видом.

Старший из Де Ла Серта промолчал.

– Благодарю вас, сэр, - сдержанно отозвалась я, получив не самый уместный в данном случае комплимент. Однако именно таков был Теодоро Де Ла Серта – говорил, что думал, и подчас не думал, что именно говорил.