Леди и разбойник

"

"Гарри, конюх, приехавший вместе с ними из Уилтшира, восседал на чудесной гнедой кобыле, купленной тетушкой сразу же по прибытии в Лондон. Гарри был облачен в фирменную ливрею Дарлингтонов, на голове черная треуголка с золотым кружевом. Мальчик держал под уздцы ослепительно белого жеребца Пэнси. Девушка уже пять лет ездила на этом грациозном породистом скакуне по кличке Сократ. Завидев хозяйку, он тихо заржал, ткнулся мордой в ладони и получил в награду яблоко.

Девушка села в седло и тронула поводья. Пожилой конюх следовал за ней на почтительном расстоянии.

Он любил животных и превратил парк, к восторгу публики, в заповедник – там обитали не только птицы, но и разных пород олени, антилопы, козы, лоси и арабские овцы. Всюду были посажены цветы и деревья, образовавшие у серых стен Уайтхолла зеленый рай.

Пэнси решила направиться в Гайд-парк. Вокруг ехало множество карет. Дамы и джентльмены наслаждались прекрасным осенним днем. Среди всадников, как и ожидала Пэнси, оказался и его величество. Чарльз был неутомим, ему удавалось не только оставаться бодрым и полным энергии весь день и всю ночь до самого рассвета, но и в утренние часы заниматься физическими упражнениями – иногда он плавал по реке в лодке, иногда играл в мяч, побеждая всех своих друзей, в том числе и более молодых по возрасту.

Чарльз скакал навстречу Пэнси в окружении нескольких придворных. Выглядит он великолепно, восторженно подумала девушка. Когда король веселился, как, например, сейчас, из глаз исчезало выражение усталости, заставлявшее некоторых считать, что Чарльз давно расстался с иллюзиями, и ему осталось только подсмеиваться над всем миром, в том числе и над самим собой.

Пэнси приблизилась к его величеству и уже собралась поклониться, ожидая, что король снимет широкополую шляпу, приветствуя ее, однако тот неожиданно придержал лошадь и пристроился рядом.

– Вы одна, леди Пэнси? Что же случилось со всеми придворными кавалерами, почему ни один из них не сопровождает вас?

– Иногда я предпочитаю одиночество, ваше величество.

– Вот в чем мои подданные счастливее меня, – заметил король. – Я никогда не могу побыть один.

Он сказал это таким притворно мрачным тоном, что Пэнси невольно рассмеялась.